Слепая птица

Помнишь небось, что тогда на Севере творилось?

--Ха! Только мне и забот было тогда до ваших северных разборок!

--Ах, да… -- Дабы преодолеть возникшую неловкость, Масе отпил вина и зажевал его оливкою. – К началу войны мы с Юсташи в Эрденоне проживали. И не сразу с места сорвались. Думали – быстро все это кончится, пересидим как-нибудь, тем более что Эрденон по-первости не тронули. А потом чуем – нет, эта заваруха надолго. И угадали, знаешь, там оно до сих пор не улеглось. Стало быть, надо рвать когти. А не мы одни такие умные оказались.

Лошадей не достать было, пешком уходить пришлось. Что тогда на Южном тракте творилось – страсти Господни! А на тракте заставы, это им привычно, когда на Севере смута, народ завсегда в Карниону этим путем бежит. И не всякого, знаешь ли, пускают -- кто не по нраву, ступай, мол, в Открытые земли, на заводах горбаться или вовсе заворачивай обратно в Эрд. Мы-то с Юсташи не боялись, у нас бумаги в порядке были, лучше настоящих. Но приятственного мало. И вот встали мы на постой в одном поселке близ границы. Не по своей воле встали – народу скопилось, пока через заставы попускали. И вот слышим как-то шум и ругань. Какой-то малявке деревенские хлеба Христа ради подали, а бродяги у ней краюху это отобрали. Вот стоит девчонка и лается – мол, пойдете по той дороге, что выбрали, погибель свою найдете, а твою башку, -- тут она тычет в того, который краюху держал, -- свиньи глодать будут, нос отгрызут и глаза выедят. Ну, народ поржал только – от горшка два вершка, а ругается, как большая. А на другой день вот что случилось. Те бродяги с ночи попытались заставу обойти, и прямо на разъезд драгунский наткнулись. И нет, чтоб бежать, по дури в драку кинулись, одного драгуна даже прикончили. А прочие драгуны озверели, кого на месте посекли, кого повязали, а того, кто солдата убил, в поселок привели, и снесли ему башку принародно. В назидание. А один драгун сильно пьяный был да злой – взял эту башку, да и бросил в свиной закут. А свиньям, что ни брось – все сгложут. Тут мне Юсташи и говорит: «За девчонкой надо приглядеть. Про разъезд она знать могла, даже настучать, а вот про свиной закут – это вряд ли». Позвали мы малявку с собой, подкормили, мимо заставы провели – это нам даже на пользу было, когда семья с дитем идет, вяжутся меньше. И тут Юсташи ее прямо и спрашивает: «Ты, девка, беду-печаль накликаешь или предвидишь?» А та, не сморгнув, отвечает: «Если б я беду могла накликать, не ходил бы кое-кто живой по этой земле.