Паутина времени

Один остался в стороне и, вскинув руку, принялся, как дирижер палочкой, указывать длинным пальцем то в одну, то в другую сторону, раздавая приказы.

- Стрелять! Сжечь! – кричал он, - Огонь! Огонь! Пусть возгорится пламя!!

«Вот фанатик», - мрачно подумал Пашка, ощущая, как сжимается сердце. За кого он сейчас боялся сильнее, молодой человек не мог бы ответить и сам – его беспокоила и судьба приговоренного, и судьба вкупе со здоровьем мальчика. За себя он в эти секунды, как ни странно, не переживал.

В воздухе свистнули сразу три тяжелых стрелы с массивными металлическими наконечниками, устремленные точно в юного темпора. Двое с факелами швырнули их в груду хвороста. Сухие ветки, сейчас же занявшись, затрещали, угрожая гибелью несчастному пленнику, и он, ощутив жар пламени, непроизвольно прижался спиной к столбу.

Пашка зажмурился – ему показалось, что спасения ждать уже неоткуда, что теперь все будет кончено, ибо уклониться сразу от трех стрел Райв не сумеет, а уж о том, чтобы погас огонь, и мечтать нечего…

Он не видел, как из песчаного столба вдруг высунулась худощавая рука подростка с растопыренными пальцами и сделала протяжный волнообразный жест.

Песок опал. Вместе с ним на пол попадали и стрелы, замирая в луже расплавленного металла и стремительно обрастая листвой.

На лестничной площадке вместо маленького мальчика замер юноша лет шестнадцати, серьезный, уверенный и, что особенно бросалось в глаза – взрослый, сильный и способный.

Пашка, не слыша криков, осторожно приоткрыл один глаз, затем другой, потом открыл еще и рот, обалдело созерцая выросшего паренька.

- Стрелять! Стрелять!! – заорал тот из охотников, что взял на себя роль командира, дирижируя смертью, - Убить! Он помешал церемонии, он хочет спасти темпора! Убить!!!

- Не вам говорить о смерти, - тихо ответил ему юноша и, не обращая внимания на перезаряжающих арбалеты стрелков, скользнул взглядом дальше, к стремительно разгорающемуся костру.

«Дирижер», увидев это, захлебнулся яростью.

- Схватить факелы! Сжечь, сжечь, сжечь еретика, он не должен оставаться в живых!! Никто из них не должен!! Убить, всех убить!!!

Веревки на руках пленника размотались сами собой, повинуясь легкой улыбке молодого темпора.