Опаленные души. Часть первая: Черная Ведьма.

Маркус совершенно его проигнорировал, аккуратно вынимая маленькую бумагу и пристально ее осматривая. После чего открыл его и внимательно прочитал. Все время, что он это делал, молодой полисмен выглядел все более и более возмущенным. Наконец, дворецкий закончил изучение, странно хмыкнул и поместил письмо обратно в конверт.

– Ядов и негативных воздействий не обнаружено, – почтительно сказал дворецкий, протягивая девочке бумагу.

Рената только тяжело вздохнула… очевидно, дворецкий совершенно не любил королевскую фамилию.

Впрочем, она уже знала, что там обнаружит. И оказалась права - это был новый приказ. Похоже короне надоело ждать результатов, и они потребовали нового спуска. При этом, в конце писец жирно выделил, что представители семейства Блэквуд не должны выносить или выводить из подвала живых кукол.

Также им запрещено их будить, разговаривать с ними и вообще взаимодействовать из опасения пробудить очередную партию.

Это было почти мило.

– Кстати, – внезапно спросила девочка – господин полисмен, а почему вы принесли письмо мне?

– Эм, – внезапно замялся парень – Ну вы же тут главная... как бы... – и резко затих.

Некоторое время Рената и Маркус с интересом на него смотрели. Парень, тем временем, успел понять, что только что ляпнул, и что в принципе натворил. Его лицо постепенно залилось краской, пока он не развернулся, резко закрывая дверь.

– Сами виноваты.

– Рэдфайеры всегда тонко чувствуют иерархию. Почти так же хорошо, как Гринфайеры, – доверительно поделился Маркус – В его восприятии, вы Глава этого дома. Конечно, было бы лучше, если бы вы избили его до полусмерти, но так тоже сойдет, – улыбнулся дворецкий – В конце концов, избить его могу и я.

– Великолепно, – мрачно сказала обычная, четырнадцатилетняя девочка.

Глава 17. Кольцо и семейный разговор

В темном, тюремном подземелье стояла уже привычная компания – трое детей находились внутри комнаты за синей дверью, внимательно наблюдая за другой тройкой, пока стоящей снаружи.

– Следи за тем, чтобы они не поранились, – совершенно серьезно сказал Френк Чендлер.

Лотти продолжала равнодушно на него смотреть.