Опаленные души. Часть первая: Черная Ведьма.

Я не… не могу так поступить с тобой, – умоляюще сказала женщина – должен быть другой выход… это… все равно, что смерть! Это хуже, чем смерть! Я не могу запереть тебя внутри, я… пожалуйста, нет, – жалобно прошептала Изабелла.

– Я все равно скоро умру, – прохрипел мужчина – и стану отврати«кха» отвратительным чудовищем. Я преданно служил вашему роду с самого рождения, госпожа… я… пожалуйста. Не позволяйте мне быть оскверненным нападением на вас. Позвольте мне сохранить достоинство, – в глазах молодого дворецкого виднелось отчаяние – Я хочу быть преданным слугой рода Блэкфайер даже в смерти.

С губ Изабеллы сорвалось рваное рыдание, и она медленно положила руки на грудь своего слуги.

– Благодарю вас, госпожа. Благодарю… – прошептал мужчина и счастливо улыбнулся.

***

Рената крупно содрогнулась и в панике открыла глаза. Ее мелко потряхивало, а на глаза навернулись слезы… девочка была в полном раздрае.

– Маркус… Маркус, – лихорадочно шептала девочка.

– Чем этот слуга может помочь молодой наследнице? – донеслось сбоку.

Дрожащая девочка приподнялась на кровати и нащупала в полутьме твердую фигуру. После чего крепко ее обняла и начала рвано всхлипывать.

– П-прости Маркус. Прости… – потерянно бормотала девочка – Прости меня…

– Ох, – среагировала кукла – Лотти, молодой госпоже нужен свет. И молоко с медом… к сожалению здесь нет молодого господина, дабы принести его… молодая госпожа, мне принести чужого младенца? – участливо спросил Маркус.

– Ч-что? – не поняла всхлипывающая девочка.

– Когда госпожа Изабелла просыпалась в таком состоянии, то мы приносили ей молодого господина, – пояснил дворецкий – Это отлично помогало… она сразу переставала протекать и чувствовала себя гораздо лучше. Делала гулящие звуки и обнимала его… – пустился в воспоминания Маркус

– Протекать? – непонимающе повторила девочка – Т-то есть плач? Вы называете это протекать?

– Если вам будет угодно, Маркус назовет это плачем, – пожал плечами дворецкий – так Маркусу принести ребенка?

Невольно в разуме потерянной девочки возникла картина Маркуса, пробирающегося в чужой дом и с безмятежной улыбкой похищающего младенца.

– Нет, не надо! – резко ответила Рената.

– Ну, если вы уверены, – с явным сомнением протянул дворецкий.

Похоже он считал младенцев лучшим средством от кошмаров.