Пшешка Пиличка

Пшешка Пиличка

Сергей Сизарев

Глава 1

Весна в Дивный край пришла рано. Под жарким апрельским солнцем оттаяли поля, зазеленела первая трава, а по едва подсохшей дороге уже весело бежала бричка. На пассажирском сидении устроилась нарядно одетая девушка. Модная шляпка с пером и туго затянутый корсет выдавали в ней столичную модницу. Походный сундучок да клетка с полудюжиной голубей составляли всю её поклажу. Тёплый ветерок обдувал её миловидное личико, а на губах играла задумчивая улыбка. Взгляд гостьи был устремлён на уже видневшиеся за холмом шпили Раздольского костёла и венчавшие здание ратуши куранты.

– Ну, здравствуй, дом! – произнесла она радостно.

– Так пани местная? – обернулся к ней возничий, совсем ещё безусый юнец, безуспешно пытавшийся разговорить её всю дорогу от Бзижнева.

Решив, что в оставшиеся десять минут пути он не успеет замучить её расспросами, пассажирка поддалась на эту нехитрую уловку и нехотя ответила:

– Да, я родилась в Раздоле.

– Поди давно дома не были? – сочувственно поинтересовался тот.

– Да, десять лет. В университете обучалась.

– Ох, ты ж, – только и покачал головой парень. – Я уже представлялся, но, может, вы не расслышали. Меня Янушем звать, у меня тут мельница неподалёку. Вы, пани, ко мне пасмурная сели, но я погляжу, уже оттаяли под нашим-то солнцем. Как вас величают? А то и не ведаю, кого везу.

– Пшешкой меня зовут, – бросила девушка, пристально рассматривая окрестный пейзаж. Вдалеке, за городскими полями сумрачно темнел лес.

– Чудное имя, ей Богу, – заметил мельник. – А папашу вашего как звать? Может, я батюшку вашего знаю?

– Отца своего я и сама не знаю, – зачем-то ляпнула Пшешка. – Пиличка я.

– Пилица? – мгновенно переменился тот в лице и добавил уже вполголоса. – Вот Господь не уберёг. Принесло ж на мою голову.

Испуганный и злой, он больше не оборачивался, а только натянул шапку на самые глаза, да запахнул жупан.

«Ну хоть с разговорами отстал», облегчённо подумала Пшешка. «И всё же живёт в народе легенда. Детей, небось, до сих пор пилицами пугают…»

– Ну, здравствуй, родимая, – дядя Штефан, такой же большой и сильный, как десять лет назад, шагнул ей навстречу и заключил в объятья. Пшешка почувствовала, как её подняли в воздух, и возмущённо засучила ногами: – Дядя, как можно? Я же взрослая уже!

– Да! Потяжелела, я погляжу. А была-то ведь пигалицей совсем.