Поглощённые Пустотой. Книга 1

– Мы едва отошли от берега, – ответила ей, улыбнувшись Асоле, которая, была рада поводу перестать разговаривать с капитаном, ведь разговор между ними уже давно был не о деле.

– Тут такие большие волны и я боюсь, что наш корабль окажется слишком мал для такого опасного плавания.

– Сейчас на море ещё спокойно, а так может быть всякое. Проблема этого корабля даже не в его размере, а в форме. Он не очень устойчив, ошибемся при сильном волнение и всё, нас перевернет в два счета.

– Вот поэтому я и настаивал на том, что безопаснее плыть возле берега, – сказал Стенефор.

– Но если не ошибемся, всё будет хорошо, – продолжила говорить Асоле. – Просто будем бдительными и внимательными. Если все будет в порядке, через пять дней подойдем к берегу уже южнее великого хребта, обойдем неспокойное место в открытом море, дальше какое‑то время поплывем вдоль побережья, затем опять в море.

– Нас ждет две‑три недели безделья, – сказала недовольно Винилин.

– Зато потом будет весело, – сказала Асоле.

– Ладно, эти дни мы тоже проведем с пользой. Пойдем, Алорон. Сейчас у наемников будет проходить тренировка. Посмотрим на это. Бари пойдет с нами, ему тоже интересно с профессиональной точки зрения.

Они спустились с капитанского мостика и перешли на нос корабля, куда из трюма уже поднялись Зверь и Красавчик.

Наемники немедленно выстроились в ровную шеренгу и замерли в напряженном ожидании. Зверь повернулся и недобро посмотрел на Лезвие, которая по‑прежнему находилась возле Алорон, не зная, что ей делать, становиться в строй или продолжать охранять свою подопечную.

– Ей мы займемся отдельно, – сказала Винилин, проследив взгляд Зверя.

Тот немедленно забыл о существование Лезвия и переключился на своих подчиненных. Доля наемника была не из легких. Зверь весьма жестко обращался со своими подопечными, полностью оправдывая свое прозвище. Сначала он велел им проделать изнурительные силовые упражнения, весьма продолжительные и интенсивные.

Как пояснила Винилин, это было связанно с тем, что теперь наемники находились на работе и было недопустимо, чтобы кто‑то из них нанес другому тяжелую травму или увечье, которая мешала бы в дальнейшем выполнять свои обязанности.