Драконов жребий

Драконов жребий

Инна Девятьярова

Драконов жребий

1

Озеро было темно и глубоко. На дне его жили проворные юркие рыбы, и тонкие ивы росли над водою его, и сонно качался камыш. Марица присела на корточки. Ее отражение было русалочье бледным, холодным на ощупь и очень лохматым.

– Какая смешная! – сказала Марица. – Я похожа на стынь. Наверно, поэтому стынь ко мне вечно и липнет.

На правом плече захихикали. Стынь скалила острые зубки. Седые, косматые патлы ее прикрывали мышиные бусинки глаз. Костлявые ручки дрожали.

– Ий! – негодующе пискнула стынь. Тонкий коготь ее полоснул по щеке, и Марица поморщилась.

– Да, твоего отражения нету. Оно там, в брюхе у озера. Оно съело его, а обратно отдать не спешит, – терпеливо сказала Марица. – Зачем стыни видеть себя? Вы и так очень страшные, уж поверьте.

Камыш за спиною ее зашуршал. Осторожно подкрались шаги.

– Это ты, Санду, я знаю, – пожала плечами Марица. – Ты ходишь, точно медведь. Даже стынь так сказала.

Отражение Санду всплыло на воде. Оно было чумазо и встрепано.

– Еще дразнишься! – Санду обиженно засопел. – Такая же злая, как твоя стынь. Такая же гадкая. И прячешься от меня всю дорогу… совсем как она. Почему я не вижу ее?

Стынь скорчила рожицу. Дыханье ее отдавало озерной водой.

– Потому что тебе не положено видеть, – Марица вздохнула. – Вот стынь и стерла свое отражение. А когда надо – покажется. Только это тебе не понравился, Санду. Глаза заболят.

Теплый камень в ладони ее был приятен на ощупь и тяжек. Марица закрыла глаза. Мир сделался черным, точно воды озерные враз поглотили его, смыли яркие краски.

– Это подарок, – шепнула Марица, – тому-кто-живет-под-водой. Стынь сказала, что я должна подарить ему это. За то, что он разрешает купаться, и мне, и Михэйцэ, и Санду. И никого не тягает на дно. Спасибо.

Марица разжала кулак. Камень бросился вниз, и вода приняла его в дар. Отраженье рассыпалось. Озеро сыто вздохнуло.

– Ой! – сказал жалостно Санду, и лицо его сделалось очень испуганным. – Рица, а я ее вижу! Она у тебя на плече. У нее подбородок в морщинах и острые уши. Она смотрит в глаза мне, и мне очень страшно. Скажи, чтоб она не смотрела, – он тонко захныкал.

Марица подняла глаза. Злое личико стыни уставилось ей в лицо.

– Она на плече моем, Марица! – всхлипнул Санду. – Она теперь у меня на плече! Что она хочет?

Марица встряхнула его, холодея от ярости.