Создатель. Становление попаданца

На мое удивление, шкафов оказалось три! В первый раз я не обратил на это внимания, да и не за этим я сюда заходил. Вообще, комната управляющего выглядела побогаче, чем моя. Видно было, что все деньги проходили через Грива.

— Ну что, начнем осмотр, — сказал я и принялся вышвыривать все вещи из первого попавшегося шкафа.

Он оказался полупустой, поэтому я справился быстро, но ничего не нашел. Вот второй шкаф оказался полностью забит шмотками, пришлось повозиться, чтобы его опустошить. Но это принесло свои результаты.

На глаза мне попался небольшой мешочек.

— Нашел, — сказал я, открыв его.

— Не думаю, что за голову графа дали ли бы такое мизерное вознаграждение. А вот это, — указал он на нижнюю полку своего шкафа, — вполне на него похоже.

Я с интересом взглянул туда. Там стояла среднего размера шкатулка. Клифт открыл ее, и мы обомлели. Она была до верха набита золотыми монетами. Мне даже предположить было сложно, какова их ценность.

— Считать времени нет. Бери шкатулку и пошли обратно, — сказал я и направился к выходу.

Дверь в мой кабинет была приоткрыта, и оттуда доносился разговор между Гривом и Зафирой.

-… вот если бы ты все сразу рассказал хозяину, не пришлось бы тебе сейчас терпеть боль, — говорила она ему. — Что тебя заставило сделать этот шаг?

— Злой он, — ответил Грив. — Он и до поездки меня ни во что не ставил, постоянно унижал, а сейчас и вовсе все грехи на меня списал, будто я деньги у него ворую.

— А это не так?

— Ну было немного! — чуть погодя, ответил он.

— Девушка мне одна приглянулась из соседнего графства. Дочка Дворецкого, Финнара. Я, как положено, приехал к ним просить ее руки, да узнать выкупную. А граф этот жаднющим оказался, такие деньги запросил, что мне и за год не собрать при своем жаловании. Вот я и решил копить. Иногда у хозяина заимствуя немного. А тут бугай предложил денег за мою услугу, ну я и не удержался.

— Эх, дурачок ты, Грив. Можешь и этого сейчас лишиться. Придет хозяин, моли его о пощаде! Простить, может и не простит, но оставит тебя в имении.

— Не простит, — сказал он с тревогой в голосе. — Злой он. Да и насолил я ему сильно.

Продолжать разговор они не стали, поэтому нам стоять у своих дверей и подслушивать не имело смысла. Топнув несколько раз, имитируя подход, я распахнул дверь, и мы вошли. Ральфа и Савада тут не было, лишь Зафира суетилась с чемоданчиком.

— Ну что? Жить будет? — спросил я, кинув на стол мешочек с золотом, и сел на свое кресло.