И остался только пепел

Первым порывом было захлопнуть дверь перед его носом, но она отогнала от себя эти малодушные мысли и лишь инстинктивно обняла себя руками за плечи, отступив на шаг. Десница, воспользовавшись моментом, вошел внутрь и тщательно закрыл за собой дверь. Он двигался очень аккуратно, будто специально сдерживал себя. Повисло тягостное молчание. Маг словно заполонил собой все пространство, у Исхи даже не получалось нормально дышать. Она не могла использовать свою силу, но прекрасно ощущала ту, что исходила сейчас от него.

— Зачем ты сегодня солгала? — выдал он.

Исха сделала еще шаг назад:

— Я не…

— Кажется, я уже говорил, что чувствую, когда мне говорят неправду. Поэтому повторяю еще раз: зачем ты это сделала?

Несколько щепок ведунья судорожно пыталась придумать, что бы ответить. Она и сама слабо понимала, зачем это сделала. Это один из тех поступков, которые сначала совершаешь, а потом уже думаешь. Не найдя ответа, она разозлилась, что помогло взять себя в руки.

— А зачем же ты отпустил его, если не поверил мне? Я же видела, что князь ждал твоего решения! И только после кивка отпустил.

— Справедливо, — неожиданно легко согласился мужчина. Градус напряжения чуть упал.

— Так зачем же? — настаивала ведьма.

— Затем, что ты этого захотела.

Женщина раскрыла рот от удивления. С каких это пор ее желания стали так много значить?

— Боюсь, что я тебя сейчас не совсем поняла.

— Нечего тут понимать, — грубо отрезал десница. — Но я надеюсь, что у тебя была веская причина отпустить на волю отъявленного негодяя.

Она прикусила губу, нарезая круги, насколько позволяло помещение, и пыталась подобрать слова, но никак не могла. В конце концов решила просто сказать как есть:

— Он спас мне жизнь там. Я просто вернула долг.

— Та-а-ак, это что-то новое, — протянул ее собеседник, присаживаясь в кресло. — Почему ты мне сразу обо всем не рассказала?

Исха пожала плечами.

— Он единственный там отнесся ко мне по-человечески.

— Опасная женщина, — с серьезным лицом подтвердил Веренир.

Исха застыла, стоя спиной к деснице, и медленно обернулась.

— Это ты надо мной насмехаешься, что ли? — прищурилась она.

— Если только немного, — чуть улыбнулся Веренир. Улыбка вышла усталой.