Долгая полночь

Лорд Мортимер сам собрал для неё всех, о ком говорил, ещё до того, как упомянул о них. Теперь она свободна. И может уйти. Если, конечно, пройдёт сквозь кордон у ворот.

Колдунья подняла глаза — и перехватила долгий, внимательный взгляд Жана.

— Я знаю, о чем вы думаете, — сказал он. — Что ж, слово надо держать. Одержимых вы изгнали, а демон и сэр Томас... это уже мои заботы. Я не могу заставлять вас рисковать, сражаясь против него.

— Я ничего не могу сделать против демона, — тихо ответила Жанна. — Иначе с удовольствием помогла бы вам.

Солнечный рыцарь тяжело вздохнул.

— Если б я знал, какое оружие надо взять в руки, — с горечью проговорил он. — Если б я знал, как биться против него! Но ведь должно быть у него уязвимое место. Святой Георгий поразил змея в пасть, потому что шкуру его сталь не брала.

— Только потому, что демон сам дал ему такую возможность, — проворчала Жанна.

— Возможно. Но я не стану сидеть сложа руки. Лучше умереть стоя с мечом в руке, чем на коленях.

— Как вы поможете мне выбраться за стены? — прямо спросила колдунья.

Солнечный рыцарь немного помолчал, затем ответил:

— Завтра на северных воротах будут стоять верные мне люди.

— Но ведь англичане повесят их, — невольно вырвалось у Жанны.

Жан пожал плечами.

— Они скажут, что выполняли мой приказ, и гнев лорда Мортимера обрушится на меня. А я скажу, что отдавал долг, и ему придётся смириться. Пусть и англичанин, но он благородный человек. Присягу Эдуарду я тоже не давал. Но как бы то ни было, вам придётся подождать до субботы.

И как бы ни хотелось Жанне уехать прямо сейчас, она вынуждена была признать, что сделать этого не может. Не только потому, что сейчас на воротах стоят враги, но и из-за яда накера, который, даже исчезнув, давал о себе знать. Змея Рафаила выпила его из тела колдуньи и зарастила рану, но не вернула потраченных сил.

День тянулся медленно.