Камень нищего

Но к хозяйке всегда относился с почтением, учитывая в том числе и её монастырское воспитание. А может, он метил в другого?

– Никто близко к ней не стоял, кроме, разве что, вашего покорного слуги.

– Так вот кто помог зелёному змию напугать святого отца до потери разума! О чём вы вчера его успели спросить?

– Собственно, ни о чём, – уклончиво ответил пилигрим и поспешил перевести разговор в иное русло, кивнув в сторону танцующих. – Не налюбовались прелестными ножками? Или вблизи они не столь милы и их от стыда подальше прячут под школьную скамью?

– Полагаете, больше нечем?

– Лица плохо видно.

Зрение с годами становится неважным.

– Если надеялись их отсюда разглядеть, вам можно позавидовать.

– Думаете, стоит подойти ближе? Увы, мне в моих летах лучше постоять в стороне. А вы почему не участвуете? Привыкли быть не как все? Или жалеете, что выпестованные вами растения, расцветая, достаются всяким балбесам?

– Не совсем понимаю. У меня, кстати, по большей части обучаются мальчики.

– А я про меньшую часть. И, похоже, вкладывая в них душу, вы привыкли видеть их лучше, чем они есть на самом деле. Я же могу сказать непредвзято: одни некрасивы, другие глупы, третьи, как ни постарались вырядиться, заметно, что бедны. Хотя, глядя на них, можно подумать – им так нравится. Если их этому научили вы, то отчего сами с такой кислой миной?

«Будто не догадались!..» – подумал учитель, но из вежливости промолчал.

Тем временем движение среди танцующих заметно оживилось.

Несведущему происходящее могло показаться полной бессмыслицей. Пока одна девушка отвлекала юношу, другая незаметно подкрадывалась к нему сзади, что-то пристраивала на голову и отбегала, озорно смеясь, прежде чем тот успевал оглянуться, увлечённый её подругой. В игре также принимали участие младшие братишки и голенастые сестрёнки.

– Зачем они это делают? – заинтересовался странник.

– Выбирают женихов, чтобы те потом выбрали себе невест. На ком окажется самый пышный венок с наибольшим количеством ягод – тому и право первого выбора.

– И далее – кому чего останется? Кто же главный соискатель?

– Боюсь, это так же предсказуемо, как избрание в городскую ратушу.

– Жалеете, что им будете не вы?

– Меня в расчёт никто и не берёт. Я человек посторонний. Не привязан к земле, как они. Сегодня здесь, а завтра – кто знает…

Что-то кольнуло кончики ушей.

– Вам просили передать! – рассыпался над ухом звонкий смех.

– Зачем?..