Рагана

Оружие у селян было нехитрое, но в умелых руках и оно могло быть несокрушимой силой. Каким-то внутренним чувством девочка знала, что её мама всё ещё жива, так что она просто продолжала идти вперёд, туда, откуда был слышен рык зверя.

Выйдя на поле, рагана увидела удивительную картину. Крови не было нигде, будто бы битва проходила не здесь. Снег лежал красивой ровной пеленой, и только стоги сена, чуть припорошенные белым, возвышались то тут, то там. Около одного из них, буквально вжимаясь в сухую траву, прятались двое мужчин – крестоносец, цвет лица которого был под стать снегу вокруг, и Петерис, пахарь, живший на окраине деревни.

В центре поля чёрной горой возвышался вилкатис. Огромный волк-оборотень, кошмар детских сказок, он стоял во всём своём грозном великолепии. С клыков приоткрытой пасти капала кровь, глаза пристально смотрели на Лайму. Зверь ждал её.

Девочка медленно шла навстречу, протянув руку к монстру.

– Отгадаешь мою загадку? – спокойным голосом произнесла она. – Давай сыграем с тобой в игру? Если отгадаешь, то не будешь убивать оставшихся христиан, хорошо?

Монстр молчал. Всё его существо было обращено к ребёнку перед ним, который и призвал вилкатиса. Хриплый рык перешёл в раскатистый кашель, и из пасти сорвались лающие слова:

– Задавай.

Мужчины за стогом дёрнулись, когда монстр заговорил. Они ожидали чего угодно, но только не то, что девчушка умудриться остановить эту огромную чёрную смерть.

– Пробил я стенку – увидел серебро; пробил серебро – увидел золото, – чуть нараспев произнесла Лайма, пытливо смотря на волка.

Оборотень недовольно рыкнул, погрузившись в думы. Загадка от маленькой девочки не должна была быть сложной, но ответа монстр найти не мог. Обхитрила его маленькая рагана, ничего не скажешь.

Резко, как по щелчку, началась метель. Крупные хлопья снега падали на поле, сено, людей, накрывали алые пятна в деревне, будто бы сама природа убирала то, что они сотворили. Ветер налетел на Лайму, нашептывая ей тысячей голосов в уши – боги были недовольны тем, что она встала на пути их возмездия врагам, но её вторая просьба была услышана.