Тени этого мира

Матео ободряюще улыбнулся мне и подмигнул. Я обернулась к монаху.

-А сила судьбы? Рок? Обстоятельства? Воля Провидения? Господня воля? – настоятель не сводил с меня глаз.

Я пожала плечами:

-Сколь я помню, каноник в моём родном городке говорил, что и Господь дал человеку свободную волю…

-Еретик! – отрезал монах.

-Ты сейчас говоришь, как реформист, Амброзио, - сказал Матео. – Будто тебе в голову залез Кальвин или Лютер. Тебя ли я слышу, мой старый друг?

Настоятель натужно рассмеялся.

-Матео, Матео… Что ты говоришь… Кальвин и Лютер сжигают таких, как мы…

-Я помню об этом, - ответил Матео.

-А вы? Я не переубедил вас, верно? – настоятель пронзительно смотрел на меня.

-Я слишком хорошо знаю, что значит жить, покоряясь чужой воле, - ответила я. – Белль я могу только сочувствовать.

Настоятель улыбнулся и откинулся назад. Его лицо скрылось в тени.

-Что же, коли мы насладились спором, настало время насладиться и отдыхом, - тихо сказал монах и его рука, покоившаяся на голове Виттории, потянулась к колокольчику.

Отец Амброзио позвонил и на пороге явился брат Иаков.

-Проводи наших гостей в их комнаты, - тихо произнес он.

-Благодарю тебя за гостеприимство, Амброзио, - сказал Матео, поднимаясь, - но нынче прекрасная ночь. Мы с Оливи покидаем гостеприимные стены твоей обители. Что же до Виттории, полагаю, я могу доверить ее судьбу тебе. Ведь так?

-Вот как? Ты хочешь ехать сейчас? Ночью? – монах встревоженно посмотрел на Матео.

-Да, - твердо ответил Матео, взяв меня за руку.

-А как же я? – пискнула Виттория.

-Ты достигла цели, - ответил ей Матео. – Отец настоятель глава местного ковена, он займётся тобой.

Виттория тихо охнула и осела на полу, в растерянности взирая на нас.

-Нас ждут, Амброзио. Прощай, - с этими словами Матео стремительно направился к выходу, одной рукой держа меня, а другой – испуганную Сирину.

Внизу и впрямь ждали Амато и Эрнандо. Нас никто не стал задерживать. Монахи живо отворили ворота, и мы покинули двор обители норбертинцев.

-Он рассказал свою историю? – спросила я у Матео, как только представилась возможность.

-Бедный Амброзио, - лицо Матео исказила злая ухмылка. – Сколько лет прошло, а он всё не может смириться.

Мы неслись вскачь по темной улице всё дальше и дальше, пока не покинули город, из которого стражи выпустили нас беспрепятственно. Затем мы пересекли перелесок, поле и остановились возле добротного каменного дома.

-Здесь мы заночуем, - сказал Матео, снимая меня с лошади.