Город во влажной низине

С каждой секундой злополучная прическа все больше и больше пригибала ее к земле, и все сложнее было «сохранять лицо», как это прилично дочери придворного заклинателя.

- Вы звали меня, отец?

- Сумизомэ Фукуро нужен заклинатель, а мы с Сузумэ заняты поручением Повелителя. Тебе придется выяснить, что беспокоит генерала.

Сердце подпрыгнуло в груди. Аджисай заставила себя дышать ровнее, сидеть прямо и ничем не выдать радость, даже восторг, которые вызвали у нее слова отца. Заклинатель! Нечасто ей удается помочь нуждающимся, нечасто отец признает ее способности.

Увы, с тех пор, как дед решил, что Аджисай закончила обучение — а прошло уже два года — она всего единожды применяла свои навыки, сладив по просьбе кухарки с озорничающим каппой. Не бог весть какой подвиг.

- Сумизомэ Фукуро, батюшка?

- Отставной генерал, ты видела его на приеме у сёгуна, - кивнул отец. Новый росчерк кисти, новый иероглиф «ПОРЯДОК». - Сумизоме пять лет не брал в руки меч, но все еще пользуется уважением Повелителя. Дружба такого человека дорого стоит.

Отправляйся немедленно, окажи генералу помощь и засвидетельствуй глубокое уважение семьи Асунаро. Едва ли там будет что-то серьезное, дом Сумизоме построен добротно и в хорошем месте. Ты должна справиться. И возьми с собой Анзу.

- Да, батюшка, - поклонилась Аджисай, пряча досаду. Отец раз за разом выказывал пренебрежение ее способностями, и всегда это больно ранило, хотя можно бы было уже привыкнуть.

- Не посрами семью Асунаро, - сказал отец напоследок.

- Да, батюшка.

* * *

Усадьба Сумизомэ Фукуро располагалась совсем рядом, требовалось сделать всего две дюжины шагов, но Анзу настояла, чтобы Аджисай взяла паланкин. Двое носильщиков, положенные ей по рангу, взвалили себе на плечи бамбуковые прутья, и вся конструкция затряслась. Аджисай, вынужденная отныне путешествовать в паланкине, неизменно завидовала служанкам, ступающим по твердой земле. Несли ее торжественно, медленно, вдвое больше времени, чем требовалось бы, чтобы дойти пешком.

Наконец, прислужники остановились, опустили носилки на землю, и Анзу отбросила занавес.

- Прибыли, госпожа.

Аджисай выбралась из паланкина, борясь с подступающей к горлу тошнотой. Трое прислужников почтительно склонились перед ней, а четвертый взялся за колотушку, а когда ворота открылись, громко возвестил о появлении на пороге госпожи Асунаро, заклинательницы. Слуга отставного генерала смерил Аджисай мрачным, недоверчивым взглядом и велел следовать за ним.