Город во влажной низине

Местные чтут их.

- Гм… - Аджисай отправила в рот кусочек рыбы и прожевала, задумчиво разглядывая разложенную на столике еду. Она пыталась вспомнить, что же рассказывали о семье Сумизомэ в столице, но сплетни редко доходили до дома Асунаро. - А что с тем разрушенным домом?

- Это грустная история, госпожа, - ответила Анзу. - Был большой пожар, вся семья погибла: старики и их маленький внук.

- Почему же дом не разобрали и не отстроили заново? - спросила Аджисай. - Правила, недавно оглашенные двором, гласят, что ни одному поселению не дозволяется иметь подобный вид.

В старых пустых домах, в руинах и на пепелищах легко может поселиться злой дух или даже демон.

- Этого я не знаю, госпожа, - покачала головой Анзу. - Здешние люди, когда я заговаривала о доме, сразу же меняли тему, а то и вовсе уходили. Это все, что я узнала.

Гадательные кости сказали, что здесь произошло нечто ужасное. Не имелся ли в виду этот пожар?.. Аджисай кивнула собственным мыслям. Да, нужно разузнать о нем побольше. И о пожаре в усадьбе Сумизомэ тоже.

И разузнать самостоятельно, не полагаясь на служанку. Анзу неглупа, но она — не заклинательница, и потому просто не знает, какие следует задавать вопросы.

- Сделаем вот что, - сказала Аджисай, откладывая палочки. - Завтра ты наденешь мое кимоно, возьмешь накидку и отправишься в храм Феникса. Я же переоденусь в твое платье и пройдусь по деревне.

Анзу смертельно побледнела, губы ее побелели до мертвенной синевы и задрожали.

- Но… госпожа… как же вы…

- Сделаешь, как я велю, - отрезала Аджисай.

- Дело, связанное с призраками, слишком серьезно, чтобы бросать его на полпути.

Выпроводив служанку, Аджисай налила себе чаю и вышла на небольшой балкончик. Отсюда днем видна была, должно быть, вся деревня как на ладони, ночью же лишь редкая россыпь огней, да медленно движущаяся вереница фонариков: возвращающиеся из храма паломники. Мерный ритм, тихий гул их голосов и отдаленный звон храмового колокола приводили мысли в порядок. Зачем Нагарэмоно Мэнджи отправил ее в деревню Ракумура, наказав при этом больше не связываться с призраками умерших? Соврал ли он? Или же это значит, что скрытая здесь тайна предназначена для живых?

* * *

Наутро, обменявшись платьем со служанкой, Аджисай почувствовала себя значительно лучше.

Вместо вычурного многослойного наряда на ней было теперь тонкое хлопчатое кимоно, перепоясанное широким поясом и крученым шнуром, а волосы молодая заклинательница убрала в простой пучок и сколола парой гребней.