Сказка наизнанку

Стоявшая у очага Малинка широко распахнула удивлённые глаза.

— Хороший мой, ты уверен, что коз надо сюда?

— Я — не уверен. А вот они другого мнения, — отозвался Корвин, безуспешно пытаясь ухватить за рога хоть одну. Хитрые зверюги совершенно не желали быть изгнанными вон: они ловко выворачивались из-под рук и с жалобным мемеканьем прыскали в разные стороны, скакали по лавкам и столу.

— А… Ну тогда я их отведу обратно на конюшню, — сказала Малинка. Она взяла свечу, подойник и мисочку с мякиной и неторопливым шагом направилась к двери, ласково приговаривая: «Мека-мека… Кать-кать-кать…» Козы из зловредных тварей тут же превратились в послушнейших милых зверюшек, выстроились в цепочку и покладисто зашагали следом за ней.

— Что б я без тебя делал, — с улыбкой сказал Корвин, когда Малинка вернулась в кухню с полным подойником.

— Продолжал бы в потёмках беседовать с Крендельком. И козы не напачкали бы где не надо. Ты голодный?

— Как зубатка! Но это всё позже. Лапушка, сейчас не до того…

Однако Малинка уже обняла его и, гладя по плечу, мягко, но неотвратимо влекла за собой к столу.

— Милый, от тебя пахнет голодом. Ты хочешь испортить себе желудок и так же маяться, как твой Свит? Идём, я наложу тебе похлёбки, ты поешь, а потом спокойно расскажешь мне, что у вас тут произошло и куда все подевались.

Чувствуя, что тает, словно масло на припёке, Корвин так же покладисто, как до него пять коз, последовал за Малинкой, сполоснул руки в ведре и упал на лавку за столом. В тот же миг перед ним возникла миска с горячей похлёбкой, щедро забеленной сметаной, и краюха ржаного хлеба.

Позже, слегка разомлев от съеденного, Корвин коротко изложил Малинке события этого вечера и сам удивился, что произошедшее так сильно его взволновало. Свит и прежде не отличался предсказуемостью, а Ёлка вполне могла отправиться куда-нибудь по своим бабьим делам. Однако Малинка, выслушав его, заметно встревожилась.

— Убежал, говоришь? И прялку унёс? — задумчиво проговорила она, склонившись над корытом с грязной посудой. Некоторое время стояла тишина.

— А ну-ка посмотрим, что он ещё из дома забрал. Ты сходи к нему наверх, посмотри, чего из вещей нет на месте, а я тут немного пошукаю.

В комнате Свита стоял непривычный беспорядок. Единственной вещью, попавшей в тот день на своё обычное место, была Свитова служебная сабля: она аккуратно висела на стене. Всё остальное, разбросанное как попало, кучами валялось по полу.