Волчий лес

В главном храме было многолюдно, но совсем не душно. Сладко пахло ладаном. Солнце, пробивавшееся через оконца, лентами пронзало пространство от края до края. Подсвечники были усыпаны, как звёздное небо, и вновь прибывшие едва ли могли найти свободное место. Стоял ровный гул.

За клиросом певчие миряне и монахи с подворья Тупичевского Святодуховского монастыря да чтицы готовились к началу праздничной службы. В центр на аналое дьякон с почтением возложил икону Преображения Господня, а потом бойкая женщина обернула вокруг неё венок из цветов.

Под её пальцами бутоны словно раскрывались.

Змеевы остановились в средней части церкви, ближе к левому краю, где в половину стены висела икона Приславные чудотворцы. Столичный маг с широкой, присущей только ему улыбкой, стоящей на грани глупости и счастья, будто впервые рассматривал святые лик, одним пальцем придерживая за ворот младшего отпрыска. Внезапно он почувствовал, что кто-то дёргает его за рукав сюртука.

- Лёша, чего она на меня так смотрит? У меня что-то с причёской или платье испачкала?

Голос супруги был взволнованным и непонимающим.

Поэтому Змеев глянул сперва на неё, а после, поймав направление взгляда, в противоположную часть храма и чуть ближе ко входу, где между Собором двенадцати Апостолов и Одигитрией Смоленской, среди прочих прихожан, стояли две девушки и мужчина.

- Душа моя Жюли, - начал, слегка поклонившись троице, Алексей, но был перебит супругой: «Я же просила не называть меня так!».

- Хорошо, Юлия Адамовна, - повинился маг, и продолжил.

– Удивляется Та, что никогда раньше не видела нас вместе. Это и есть та самая Варвара Рыкова, что чудь выловила из реки.

- Ой, какая миленькая! – сложила руки на груди женщина, как всегда делала, когда ей что-то нравилось, но спустя мгновение опустила их. – Так что не так-то?

- Судя по её мыслям, она полагала, что моя супруга должна быть похожа на Волковских или Югоровых женщин. Такие высокие, стройные, с тонкими пальцам и впалыми щеками.

- А я такая маленькая, толстая и рыжая, - надулась женщина.

Алексей улыбнулся уже именно ей по-другому и взял за руку, проведя большим пальцем по запястью: «Маленькая, толстенькая, рыжая, обожающая сладкое хохотушка, которая совершенно не подходит под светское общество. Моя жена. Надо будет как-нибудь Вас познакомить, если захочешь».

- Паша, не вертись, - прошептала Юлия Змеева среднему сыну, в тот момент, когда к своим чадам вышел настоятель храма.