Что-то, кроме ненависти

Очень скоро всякое организованное сопротивление еретиков прекратилось, а битва превратилась в натуральную бойню.

Однако посреди этой свалки нашлось место почти честному, почти рыцарскому поединку. Колдун Раймонд, бывший по совместительству предводителем всего восстания, и юный, до того ни разу не убивавший, инквизитор Альваро сошлись друг против друга. Навряд ли их противостояние можно было назвать состязанием дух мечников, нет. Скорее, это было состязание двух вер, двух стихий, Слова Божьего и колдовской силы.

В тот день вера Альваро Сантеса оказалась крепче.

Уже к вечеру, когда даже крики добиваемых и раненых стихли над полем битвы, когда трофейная голова еретика была крепко примотана к крупу инквизиторского коня, двадцатилетний церковник вдруг явственно вспомнил себя шестнадцатилетнего. Со всем почтением дотронувшись до распятия на своей груди, он тихонько выдохнул: «In Nomine Patris…», печально посмотрел на ярко-оранжевый закат, и только после этого направился по трактату на восток.

Впереди его ждали ещё долгие годы. Целый десяток лет, полный погонь, яростных поединков, следствий и молитв. Но свой трудный путь он по-настоящему начал именно в тот день.

Со всеми силами своей любящей души.

***

На небольшую лесную поляну я вышел, когда сумерки уже полностью вступили в свои права.

Небольшой овал пустоты, возникший прямо посреди густого леса, представлял из себя достаточно мрачное зрелище. В тот момент, когда я наконец-то выбрался из чащи, я возблагодарил Господа за то, что милостью своей не дал мне увидеть всего того кошмара, что таился в вечернем мраке.

Прямо у моих ног лежал труп одного из рыцарей. Доспехи его, надо сказать, достаточно искусно выполненные, все были покорёжены и смяты в самых неожиданных местах. Забрало шлема, что он задвинул перед боем, было измазано в свежей, ещё не успевшей высохнуть, крови. Чуть поодаль от него лежал дородный монах, судя по всему из францисканцев, чьи конечности были выгнуты под совершенно невообразимым углом, отчего мертвец напоминал огромного паука.

Повсюду виднелись следы боя. Распятия, мечи и щиты, тома Священного Писания, с обложками из плотной кожи и тиснёным крёстным знаменем на них. Все эти безусловно важные вещи не помогли отряду справиться с ведьмой. Максимум, что они смогли – так это отсрочить гибель своих хозяев, дав им шанс отдать Богу душу достойно, с чувством выполненного долга.