Напарница вампира

Поверьте, я не желаю умалять значения внимания, оказанного мне вашим визитом, или обвинять вас с вашей матушкой в искажении истины, и поэтому даже не могу предполагать, будто мы могли встретиться с вами до сегодняшнего утра. Поэтому, сударь, очевидно, вы не можете чувствовать себя обязанным мне за спасение вашей жизни.

– Вот как! – воскликнул Дрон Перте, заметно повеселев при этом. – И вы, разумеется, никогда даже не думали выходить из дома после наступления темноты, не так ли?

– Разумеется, нет, сударь, – подтвердила я, – мне и в голову не могло прийти такое.

– Прекрасно, – кивнул, словно скрепляя договор, Дрон Перте. – Мы с вами познакомились сегодня утром. Однако, сударыня, мне приходилось слышать, будто ваши друзья, о которых нам нет нужды долго разговаривать, просили вас передать мне некоторую сумму денег за одну пустячную услугу, которую мне удалось оказать им. Я полагаю, вас не затруднит написать им письмо с просьбой переслать мне эти деньги как можно скорее?

Эти слова заставили меня застыть на месте, и Дрон сделал несколько шагов один.

Как можно понимать его слова? Он нашёл новую информацию для нас или… Или что?

Неужто продажный сын синдика решил шантажировать бюро… чем?! Чем он может угрожать нам?

– Сударыня? – вопросительно произнёс вернувшийся ко мне Дрон Перте.

– Прошу прощения, сударь, – взяла себя в руки я, – но вы мне так и не сказали, куда мы направляемся.

– Ах, вот как? – поднял брови сын синдика. – Прошу прощения.

Я хотел проводить вас на набережную, вы ведь ещё ни разу не видели моря. А после, когда вы вполне насладитесь красотами природы, я мог бы проводить вас к источнику, где вы купили бы себе целебной воды. Или, быть может, у вас возникнут другие желания на этот день.

– К целебному источнику! – воскликнула я. – Какая жалость, что вы не предупредили меня заранее: я совсем не взяла с собой денег, и не сумею воспользоваться вашей любезностью.

Дрон Перте смутился: ни в Острихе, ни в Дейстрии даме никогда не было нужды брать с собой деньги, отправляясь на прогулку с кавалером.

Мои слова звучали как неприкрытый упрёк. Однако он быстро овладел собой.

– Прошу прощения, сударыня, я неверно выразился. Разумеется, я буду счастлив купить вам целебной воды, а также угостить вас чаем с пирожными в кондитерской, если вы окажете мне честь заглянуть в неё на обратной дороге.

Предложение было принято с подобающей случаю благодарностью.