Напарница вампира

Я вспомнил».

«Не может быть! – ахнула я. – Это было бы слишком!»

«Не уверен, но такое совпадение возможно. Вспомни, те головорезы жаловались, что их заказчик запаздывает. Не потому ли, что лежит мёртвый на перекрёстке?»

– Эй! – окликнула нас Беата. – Всякое я видала, но чтобы люди вот так вот уставлялись друг на друга – это и в страшном сне не приснится! Вы в уме ли, оба?

– А я и не человек, – холодно отозвался не-мёртвый. – И нечего на нас отвлекаться.

– Вы бы себя видели, – проворчала Беата, допивая, кажется, уже третий стакан скверного вина.

«Это будет уже не наше дело, Ами, глупенькая».

– Видели, и не раз, – отрезал вампир. – Итак?

– Ну, и поговаривали, что это Бломель их убрал, с него станется. То ли спустили с поводка, то ли нашёл-таки в чём обвинить перед общим хозяином. Очень уж «сестрица» любила сама на себя играть. А как убрал, так и задумался, без Греты-то сложно некоторые дела проворачивать.

– Она и на него работала? – уточнила я. – Вы же говорили, они не ладили.

Напарник бросил на меня неодобрительный взгляд, но промолчал.

– Талеры1есть талеры, – философски произнесла Беата.

– Но ты же отказалась от них, – напомнил напарник.

– Не мой профиль, – пояснила Беата, слегка дрожащими руками наливая себе четвёртый стакан. – Я говорила: убить – не проблема. А Бломель хотел, чтобы я нанялась к какой-то девчонке или к хозяйке квартиры, где она поселилась или в соседний дом. Главное – была поблизости. И следила за ней каждую ночь. Глаз не спускала.

– Тебе это сложно? – уточнил не-мёртвый.

– Долго, – пояснила Беата. – Долго и муторно. Да и не умею я кланяться, как от служанки требуется. Я ему это и сказала, а он серебра насыпал – ух, я и не видела столько! – и сказал, что это задаток.

– И ты отказалась, – подытожил вампир.

– Я ж не дура, – кивнула Беата, делая большой глоток. – Сразу поняла, если за девчонку такие деньги дают, дело нечисто. Небось, Бломель сто раз пожалел, что Грету пришиб, да поздно плакать.

– Ты уверена, что это сделал именно он? – уточнил вампир.

– Да тут и думать нечего. Кому, кроме него, такое под силу? Грета хитрая была – ух! Только Бломель ещё хитрее, а ещё злой, как собака, которую три дня не кормили.

– Он описывал тебе девчонку? Называл её адрес?

– Не-а, – покачала головой убийца. – Не дурак, всё-таки. Но в нашем городе, это точно.

– А почему именно ты, он говорил?

Беата развела руками.

– Сказал, больше некому. Сказал, я умею притворяться.