Летящая высоко

Хотя ее судьба была уже решена, Амитоле все же было страшно. Впрочем, к страху примешивалось чувство облегчения — наконец-то, после месяцев, проведенных в мрачной камере, она видела небо и вдыхала чистый прохладный воздух.

Звон становился все громче и она зажала уши, насколько это позволяли кандалы, но когда повозка въехала на площадь, колокола замолкли. Со всех сторон ее окружала мрачная толпа, и сопровождавшие Амитолу от тюрьмы конные солдаты принялись оттеснять людей, орудуя плетьми и палашами (на вооружении блеклых людей были несколько видов длинных ножей, и у каждого, оказывается, было свое название), которыми они били плашмя по головам и спинам толпы.

Черно-бурая масса глухо и злобно ворчала. На помощь конвою двинулись охранявшие здание суда солдаты, а со стороны ратуши на противоположном конце площади в толпу врезался отряд городской стражи, рассеивая людей ударами дубинок. Через несколько минут, когда вместе им удалось расчистить узкий коридор к ступеням здания суда, капитан конвоиров отпер клетку.

— Аусшайген!

«Выходи». Благодаря Рикерту Амитола успела немного освоить местный язык и, хоть говорить на нем, почти не могла, уже понимала многие слова и простые предложения.

Если бы не Рикерт, ей пришлось бы совсем туго. Он навещал девушку несколько раз в неделю, поздним вечером или ночью — в те глухие часы, когда она особенно тосковала по дому. Он зажигал принесенный с собой светильник, доставал из сумки что-нибудь вкусное — кусок пирога или жареной курицы — и занимал Амитолу разговорами, не давая совсем пасть духом.

Рикерт учил ее наречию блеклых людей («Пригодится, когда попадешь в монастырь», пояснил он), расспрашивал о жизни в деревне сеанти, о семье и друзьях. Иногда сам рассказывал о детстве, проведенном в Нойкастелле.

— Послушай-ка, а что, если этот ваш Эйи явился отцу во сне и прикинулся вестником Божьим, чтобы его руками отомстить вам? — спросил он после того, как девушка рассказала ему о черном человеке. — Это бы многое объяснило.

— Нет, — покачала головой Амитола.

— Духи не могут приходить к людям во снах.

Порой беседа обрывалась и они просто сидели в тишине, но девушку успокаивало само присутствие Рикерта. За его хладнокровием, сдержанностью, немного снисходительной иронией скрывались доброта, мягкость и искреннее участие.

— Зачем ты помогаешь мне? — как-то спросила Амитола.

— Чтобы позлить Герту, конечно. А зачем бы мне еще это делать?

— Только поэтому? — улыбнулась девушка.

Он улыбнулся в ответ и пожал плечами.