ЧЕЛОВЕК ЛУННОГО СВЕТА

Вот она, почти забытая наверху магия строителей Подземных Проходов! К ней обращался охотник, когда вёл их сюда, именно её собрался пустить в ход Шилак`х.

Несколько ручищ потянулось к оборотню. Тот, не глядя, обратил их в пепел и мысленно устремился к дремлющему в стенах волшебству.

Золотистые точки ожили. Из каждой вытянулось множество тончайших нитей – и стремительно разрослось в ажурную сеть.

Древняя магия не церемонилась с враждебной силой. Золотистые нити были острее мечей бродячего мага. Они легко рассекли заполнившую святилище паутину – и големы, лишённые направляющей их воли, стали бороться друг с другом.

Шилак`х без труда расстреливал их.

Лишь несколько монстров сохранили подобие рассудка. Ими командовало чудовище, которое сумело уклониться от первого удара.

А сеть продолжала расти. Она оплела капище ажурным коконом, закрыв путь странной жиже, материалу для новых чудовищ.

Бродячий маг всмотрелся в старшего голема. И уловил истинным взглядом пусть не самого чародея, но часть его разума.

Чутьё оборотня засекло аромат пряностей, плеск воды о деревянный борт. Вер запомнил этот образ перед тем, как сжечь частицу враждебного рассудка.

Без неё голем стал тупым исполнителем чужой воли. Дюжина бело-голубых шаров превратила его в груду пепла. Уничтожив последних чудовищ, Шилак`х вытер со лба пот. И, с трудом разжав челюсти, вынул изо рта обсидиановый кинжал.

Он не удивился, ощутив на губах кровь. Пристально изучил лезвие, проверяя – не станет ли его кровь помехой обряду? Мага шатало от усталости, но ни откладывать, ни отменять церемонию он не хотел.

И вер снова запел. Снова двинулся по кругу в извечном танце вселенной. Ажурный золотистый кокон вторил хриплому голосу мага. Нити, которые тянулись к мальцу, налились цветом, стали материальными.

Рука оборотня взметнулась в отточенном жесте. Вулканическое стекло, дитя четырёх стихий, коснулось первой из звенящих от напряжения нитей.

Та лопнула. Один конец мгновенно потерял вещественность и растворился в сумерках, второй ринулся к полукровке.

Новый круг – новая нить; снова и снова, ещё и ещё… до самого конца. Разрубив последнюю, Шилак`х упал на колени. Рука, державшая кинжал, подвернулась – и лезвие полоснуло по ноге. Хлынула голубая кровь.

- Ну что, – спросил он у пустоты, – теперь у веров есть шанс?

От потолка пещеры отделилась золотистая дымка, спланировала к алтарю, неторопливо приобрела форму человеческого тела.