Путешествие на Восток

Монах, не обратив никакого внимания на их вопросы, легко поднялся на ноги, и солнечный свет из окна под потолком высветил его лицо с резкими, даже грубыми чертами, начисто лишенное растительности. Шест он сжал в руке и упер его в каменный пол, отчего по залу пронесся низкий гул вибрирующего металла. Затем он, не говоря ни слова, подошел к одной из трех стоек, венчавших вершины черного треугольника, и свободной рукой поднял нечто, больше всего похожее на пухлую рукописную книгу, сшитую из пожелтевшего пергамента.

— Это тебе, — сказал он, протягивая Гарри рукопись.

— Но что… Зачем это мне? — удивился Гарри, осторожно взяв ветхий манускрипт в руки.

— Ее приказ, — все тем же лишенным эмоций голосом ответил монах и вернулся на свое место в центре треугольника.

Гарри вынес книгу на свет и вгляделся в буквы заглавия на темной обложке. Эдди и Гермиона, как по команде, склонились над рукописью. «История великого путешествия на Восток, записанная Игнотусом из рода Певереллов в память о братьях его, Антиохе и Кадме», гласило многословное название.

Гарри переглянулся с Гермионой и раскрыл первую страницу.

Глава 1. Дуэлянты

Я хорошо помню эту осень — одну из самых тяжелых на моей памяти. Бывают годы, когда незримое присутствие смерти ощущается так явственно, словно всадник на коне бледном только что спешился и с ухмылкой заглядывает тебе в лицо, источая запах разрытой могилы. Дыхание смерти коснулось не только и не столько Годриковой Впадины: все королевство испытало на себе тщету и ничтожность человеческих сил перед лицом природы или же сущностей, стоящих много выше любых наших представлений.

Как это было?

В году Господа нашего 1236 разразилась небывалая засуха, подобной которой Англия не знала последние лет десять, не говоря уже обо мне самом: я вовсе не мог припомнить ничего подобного. Свободные земледельцы из тех, кто думает наперед, открыли неприкосновенные запасы зерна, заготовленные как раз на такой случай, в надежде, что засуха не продлится вечно, и богатый урожай спустя год сможет возместить понесенные потери.

Самые же бедные или беспечные, как водится, умирали целыми семьями или подавались в разбой, собираясь вместе с такими же отчаявшимися бедняками у лесных дорог и поджидая обоз, везущий продовольствие на ближайший рынок. И все они молились: взывали к Господу, чтобы Он явил милость и покончил с этой смертоносной засухой.

Как видно, Господь внял молитвам, не отступившись от Своего промысла, и засуха сменилась сыростью.