Путешествие на Восток

Добрую минуту ничего не происходило, но затем нечто приземистое с недовольным хрюканьем выбралось из кустов, засеменив к лесу темным силуэтом. Эйлин шумно выдохнула.

— Проклятый кабан, — со смешком покачал я головой, убирая палочку. — Тут их наверняка хватает. Сплошные леса вокруг.

— Между прочим, я как раз хотела об этом спросить, — сказала Эйлин, когда мы вновь оказались в воздухе. — Ты так и не сказал мне. Как мы найдем храм в этом лесу? Да еще и ночью… Мне кажется это невозможным, Игнотус.

— Напротив, ночью это легче.

Где бы ни селились люди, они всегда зажигают огонь по ночам. Вряд ли эти культисты настолько отличаются от нас. В кромешной темноте даже пламя свечи можно увидеть за милю. Смотри в оба, Эйлин.

По курсу показалась очередная горная гряда — выше той, на склоне которой расположилась Круя, — и мы взяли выше. Луна зашла за облако, и у меня возникло странное чувство, как будто мы не летим сквозь ночь, а падаем — падаем в бесконечную темную бездну вокруг, где нет верха, нет низа — только мрак во всех направлениях.

Я с трудом вдохнул, преодолевая поток встречного ветра, и постарался сосредоточиться. Мы не падаем. Тьма внизу — никакая не бездна, а просто густой лес, непроглядно-черный ночью, настоящий покров тьмы от горизонта до горизонта, в котором…

— Я вижу! — воскликнула Эйлин, дотянувшись до меня рукой, в то самое мгновение, когда я разглядел сверкнувший далеко внизу, среди стволов, слабый огонек. — И еще… Мне что-то нехорошо.

— Что с тобой? — обеспокоенно обернулся я к девушке.

— Не знаю. Странное чувство, — сказала она. — Голова кружится. И словно воздуха не хватает. По-моему, что-то исходит оттуда, Игнотус. Ты не чувствуешь?

Я прислушался к своим ощущениям, но все было в порядке: даже недавняя иллюзия падения в бездну ушла, сменившись только жжением ветра на коже и редкими уколами первых капель холодного осеннего дождя.

— Ничего такого, — ответил я, подлетев ближе и взяв ее за руку. — Если тебе плохо, то, быть может, лучше вернуться?

— Нет, не настолько, — ответила она с вымученной улыбкой и, освободив руку, направила метлу круто вниз.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ней. Поток встречного воздуха усилился, и черное полотно леса рванулось навстречу с устрашающей скоростью. Огонек по курсу стал ярче, и уже не казался одинокой искрой во тьме: спустившись ниже, я разглядел длинный ряд некоего подобия факелов, полыхающих ярким, почти белым пламенем. Но не просто факелов.