Алхимик

Хочешь, я ещё немного поугадываю твои мысли? На самом деле тебе тоже плевать на идеалы, ты хотел стать рыцарем для всех, чтобы историки произносили твоё имя в анналах, но сколько ты знаешь рыцарей, которые не валялись в грязи с оружием и не топили в ней таких же благородных сэров за серебро?

– И это повод даже не пытаться быть честным? Вокруг тебя все вечно виноваты, и вместо того, чтобы стать лучше, ты пытаешься их превзойти в преступлениях, которые сам осуждаешь.

– В какой книжке какого автора ты это вычитал, чтобы блеснуть на досуге интеллектом? В моём мире нет места такой мелочности, как щеголяние заслугами.

Либо ты берёшь шанс, либо нет, вот и всё. Я его беру.

– И поэтому пляшешь на цепи у головорезов, – с обидой выплюнул Годрик. – Если бы я только знал к чему всё это приведёт. Если бы я знал… никогда бы не пошёл на это. Когда я мастерил те ужасные вещи, я ужасался самому себе. Всё моё естество говорило мне, что это неправильно. Я спрашивал себя: что я вообще делаю? Но внутренний голос убеждал, что всё это не потребуется, просто подстраховка, ничего такого не произойдёт, мы просто зайдём и выйдем, как планировали.

И это был твой голос! Чем я только думал… дурак! Я слепой дурак!

Годрик откинул голову, горечь подступила к горлу, он попытался совладать в растущим комом, сглатывая и шумно вдыхая пропитанный нечистотами воздух. Он понимал, что попал в безвыходную ситуацию, его мысли были обращены к дому – старой лавочке с уютной комнатой наверху, полной символических безделушек и книг.

Книги не помогли ему стать умнее, он так и остался мальчишкой, лезущим на дерево в гнездо разъярённых птиц. Сломав свою жизнь однажды, он сломал её снова, разбив на острые осколки, вонзающиеся в сердце шрапнелью. Дурак, пытающийся быть нужным этому миру. Никакое счастье не стоит кровавых голов, приходящих во снах.

– Хотя бы в одном мы сошлись. Ты – дурак.

Эдгар огрызнулся и наотмашь ударил поникшего травника тыльной стороной ладони.

Удар был сильным: Годрик пошатнулся на стуле, заваливаясь на бок, но упасть на тёмные камни ему не дала рука обидчика.

– Ты мне надоел.

Ещё один удар – прямой в лицо. Годрик почувствовал, как обжигающая влага заструилась в носу.

– Большего бреда я и не слышал. Невероятно.Эдгар бил не щадя. Кулак, мелькнувший в тени, обрушился на челюсть. Алхимик едва чувствовал боль под действием снадобья, но каждый замах был страшен и заставлял жмуриться.