Дух Берсерка

Сперва она ждала прихода северянина, но Торстейн задерживался, а потому дева тихохонько встала и прокралась к двери. За стеной тяжело бухнуло, через минуту раздалось мерное посапывание. Тёмно-красные губы Дары приоткрылись, брови в удивлении взлетели под углом. Она осторожно высунулась. Этот бугай спит и в ус не дует. Впрочем, усов он и не носит.

–Ха!

Уязвлённая, Дара гордо отвернулась, дабы улечься в постель. Зеленоватый при столь скудном свете взгляд упал на одеяло, каким варвар укрывал её в пути, поколебалась, но руки сами протянулись и взяли.

Дева томно изогнулась и пнула бесчувственного Торстейна в бок, пусть увидит её красоту. Он спросонок лапнул меч и вскочил во весь немалый рост, пребольно двинувшись головой о толстые брёвна перекрытий. Дева чуть слышно ахнула в ладонь.

–А, это ты?.. Там оде… яло, – зевнул викинг, хвастаясь перед миром крепкими и крупными белыми зубами. Пятернёй поскрёб макушку в месте удара. Рука с мечом опустилась. – Ты уже взяла?.. – новый зевок, вздох. Торстейн опустился обратно.

– Молодец, спокойной ночи.

Обида в груди Дары нарастала, как снежный ком. Варвар! Чурбан для колки дров и то заметил бы её старания! А этот… язычник чёртов! Наверняка в Константинополе не одну продажную дешёвку перелапал, вот и сыт теперь! Христиан соблазнить всё же проще…

Дара легла и постаралась успокоиться, но мысли то и дело возвращались к викингу. В конце концов расстроенная, она уснула. Однако ни её, ни сон викинга не был крепок. И если Торстейн беспечно развалился на холодном полу, то Дара металась по широкому ложу, словно над ней властвовал кошмар.

И никто не представлял, чем может обернуться эта ночёвка.

Торстейн проснулся первым. Чуткие уши уловили звук снаружи. Кто-то тяжёлый и массивный пытался отворить дверь. Викинг затаился, не спуская с неё глаз. Неведомый проверил дверь, на которую наложен запор, медленно обошёл дом. А Торстейн догадался, что его разбудило: это верный конь тихим ржанием предупредил об опасности. Сын Харальда пролежал в тиши некоторое время, снаружи тоже установилась тишина.

Торстейн чуть задремал, голова склонилась, как вдруг в подполе раздались шаги. Дрёму как рукой сняло.

Он вытащил меч, слегка чиркнув лезвием по дереву пола, и приготовился встретить врага.

Долгую, томительную минуту спустя прямо на лежащего викинга из напольного отверстия взлетела крышка подпола величиной с дверь, загородив обзор. Мгновение, и некто огромный, не удостоивший Торстейна вниманием, скрылся за дверью задней комнаты.