Красная, как звёзды

- Не знаю я никакого Варгаса!

- Не юлите, Льоса, - дуло «калашникова» нацелилось прямо в грудь наемника. – Прошу вас вытянуть руки по швам.

Они знают о пирокинезе! Треклятый Варгас, конечно же, рассказал об «особенности» Льосы. Знал Варгас и то, что поджечь цель можно либо прикосновением, либо прямым заклинанием через вытянутую правую руку. Со всеми не справиться! Однако вряд ли осторожный Фульхенсио Батиста стал посвящать Варгаса в детали задания Льосы.

- Сколько стоил Варгас? – спросил Льоса, нехотя опуская руки.

- Ему ничего не платили. Товарищ Варгас просто очень любит родину. В отличие от предателей, которые улетели в Америку, он решил сотрудничать. Его перевоспитают. Первый шаг уже сделан.

Льоса позволил повстанцам сковать руки и привязать их к поясу.

- А теперь позвольте узнать, где груз, который Батиста приказал вам вывезти, - попросил командир.

Внутри у Льосы все оборвалось, когда повстанец издевательски усмехнулся.

- Где тот человек, которого вам велено эвакуировать?

Наемник промолчал, хотя знал, что его партия проиграна. Из-за спины человека со шрамом выступил мужик, показавший Льосе заброшенную хижину.

- Кто бы это ни был, товарищи, он там!

Замок Гонсалвеш, Португалия, 1573 г.

- Я счастлив, что ты узнала тайну, - сказал Жозе, выпуская Лусию из объятий.

- Духи и белые боги свели нас, я лишь исполняю их волю.

- Верь в свободную волю.

Жозе встал и принялся одеваться. Он уже привык оставлять Лусию в комнате. Попросив служанку в подарок, он отвел от нее все подозрения. Лусия согревала постель Жозе в те краткие часы, когда он переходил из теневой формы в человеческую, а брат еще не успевал прислать за ним гонца. Днем девушка убирала комнаты, стараясь не замечать силуэт твари в покоях молодого графа.

Сначала всезнание Жозе пугало Лусию. Убирая с пути политических врагов и соперников в торговле, Мануэль Гонсалвеш насыщал младшего брата сведениями, навыками и мнениями. Иногда, рассказывая Жозе о сплетнях и событиях дня, Лусия натыкалась на снисходительную улыбку. Тварь черпала знания из десятков источников, и от нее невозможно было укрыть даже то, что не произносилось вслух, хранилось внутри черепов жертв.