Дело огня

Тэнкэн хорошо придумал: сейчас наверху обнаружат побег и убитого сторожа, найдут прислоненную к стене корзину, кинутся в погоню, а тем временем они выберутся и уйдут совсем в другую сторону.

Когда глаза юноши немного привыкли в темноте, он увидел, что Тэнкэн скрючился под самым выходом из подпола и внимательно прислушивается к звукам снаружи. Кэйноскэ и сам навострил уши, но ничего не услышал. Кратковременное возбуждение, вызванное свободой, прошло, вновь заболели раны, и тело начало затекать в неудобной позе.

Кэйноскэ попытался сесть поудобнее – но мешали мертвецы. Наконец он каким-то чудом все-таки заснул, скрестив ноги прямо поверх ног трупа, а головой упираясь в бревно перекрытия.

Тэнкэн разбудил его, припечатал рот ладонью. Над головой прогрохотали шаги, где-то невдалеке залаяли собаки, заржали кони, а потом голос Ато совсем близко сказал:

– Ничего, пешком они от нас не уйдут. Рассыпьтесь по лесу, а я поскачу на заставу. Они непременно сунутся туда, если выберутся, там-то мы их и перехватим: им-то неоткуда знать, что на заставе наши люди.

Сида, твоя задача – переловить бродяг. Передай своим костоломам: одного недосчитаемся – я скормлю ночным твоего человека, понял? А может, и тебя самого, как знать. Н-но! – и копыта застучали прочь: пакаран-пакаран!

Юноши переглянулись. Слова были не нужны: оставалось дождаться, пока Сида со своими людьми отправится на поиски сбежавших бродяг, и выбираться на свободу. Вот только о какой заставе Ато говорил? Кэйноскэ так и не знал, где они находятся: его, связанного, несли в коробе для платья.

Но несли пешком, и за ночь далеко унести не могли – это поместье находилось в нескольких часах хода от столицы.

– Мы чуть южней города, на горе Такацука, – дохнул Тэнкэн прямо в ухо. – Застава, видимо, в Ямасина. А может, и в Фусими соваться не стоит. Худо, что дороги здесь всего две, перекроют их как пить дать.

Кэйноскэ кивнул. Он понимал, чего Тэнкэн хочет: проскочить между Фусими и Ямасина рядом с трактом, идущим в Столицу от озера Бива.

Это самый короткий путь, с одной стороны. С другой – он хорошо известен преследователям.

Когда суета во дворе стихла, Тэнкэн приподнял крышку и выглянул наружу. Подал Кэйноскэ знак – мол, все в порядке, выбирайся.

Юноша выбрался. Пригнувшись за дверью глинобитного строения, они с Тэнкэном осмотрели опустевший сад, насколько это было возможно. Потом Тэнкэн прошептал:

– Выберемся мы отсюда или нет, ночных оставлять так просто нельзя.