Дело огня

Как они вошли в гавань, и как шли потом к замку, примеряясь к шагу Такасуги. А тот был рад удаче и победе, азартно-весел, и предательский туберкулезный румянец горел у него на скулах.

– Потому и не носил, что незачем, – согласился Асахина. – Но ни я, ни вы не были его вассалами. Нам было вовсе не обязательно выполнять его приказы. Мы это выбрали сами, не нам и обвинять его.

– Ты считаешь, что он был прав?

– Я не смог бы лучше. Ваш ход.

Не говорить же ночной нечисти, что как раз в семьдесят седьмом, незадолго до войны в Сацума, он спросил Кацуру-сэнсэя, что тот думает о сделанном.

И получил ответ, точный и внятный, как все, что говорил и писал Кацура: "Конечно, для меня самого было бы много лучше, если бы меня убили в шестьдесят четвертом. Но если я не сплю по ночам, то это потому, что работы много. Или, – улыбка у него была похожа на птицу, так же легко перелетала на чужие лица, – если найдется мастер го, с которым я еще не играл".

У Ато не нашлось подходящей карты, он пожертвовал «молнией» и Асахина забрал ее, получив вдобавок и «глицинии».

Дрянь карта идет все-таки…

Справа что-то изменилось. Такое ощущение, как будто кот мурлычет. Ага, господин Сайто, какие-то выводы сделаны и вы довольны ими. Впрочем, вы бываете довольны самыми неожиданными вещами.

В зале было тихо. Все эти люди, с лицами в тени, в старинных одеждах, напряженно вслушивались в разговор. Кто-то подливал сакэ и пил, но все почти бесшумно. Только шелк шелестел.

Следующую карту Ато бросил небрежно – его тоже не интересовал результат:

– Демон Синсэнгуми.

Имени он мог и не называть. А вот злобы в голосе скрыть не смог.

– И что, – в голосе Сайто был искренний интерес, – вы можете сказать о моем начальнике?

– Много чего, – Ато прищурился. От него теперь шла волна холодной злобы. Сидевший напротив человек в темно-синем поежился. – Начнем мы, пожалуй, с храма Хонгандзи. Там вышел пожар, который Хидзиката согласился тушить только с условием, что ополчение ваше пустят на постой – монахи сочувствовали сторонникам императора, а следить за ними изнутри было проще.

Настоятель согласился. Отряд переехал. И тут же выстроил там свинарник.

– Подождите, – прервал его Асахина. – Какой свинарник?

– С китайскими свиньями, Тэнкэн. И резали их прямо там. В монастыре. А когда монахи попросили прекратить, Хидзиката ответил отказом.

– То, что мы там людей постоянно убивали, монахов не волновало, – пояснил Сайто, прикуривая от ближайшей свечки очередную сигарету.