Сумеречные Души - ЛитРПГ в викторианском Лондоне

Дизайнер безучастно разглядывал лепнину на потолке со скучающей миной, погрузившись в свои мысли.

- Ладно… Умеешь ты обломать кайф. - пробубнил Саймон. - Пошли вниз.

- Что? - удивился Макс и последовал за продюсером.

По лестнице они вышли в небольшую комнату. Саймон снял котелок, который едва не задевал потолок. В комнату помещалась пара письменных столов, шкаф с медицинскими препаратами и диковинными инструментами, а дальнюю стену заменяла решетка с толстыми металлическими прутьями и узкой запертой дверью.

Главный врач Мария Элизабет Лакан сидела за одним из столов, заваленных стопками из папок с личными делами пациентов. Она пролистывала одну из папок и даже не поняла головы, чтобы поприветствовать гостей из Скотланд-Ярда. Из-за белого монашеского веила, спавшего на лицо главного врача, она была похожа на призрака, склонившегося над старыми папками.

- Одну секунду, господа, я ждала вас чуть раньше, а теперь уж и вы извольте подождать… - женщина сразу дала понять, что детективы на ее территории.

- Не будем вас торопить, госпожа Лакан. - по лицу Донахью было видно, что его не сильно грело место номера два при женщине главном враче, но так же в нем было и сильно желание выслужиться перед руководством.

Закончив с личным делом, Лакан аккуратно убрала папку в стопку слева от себя и поднялась из-за стола.

- Инспекторы, я главный врач Мэри Элизабет Лакан, простите, что послали за вами посреди ночи. - женщина улыбнулась и слегка склонила голову в знак благодарности за визит.

Аристократические черты лица, тонкий нос, острые скулы и большие голубые глаза выдавали в ней особу голубых кровей, не многие женщины в конце восемнадцатого века могли получить такое образование и пост.

- Следуйте за мной, господа. - Санитар открыл перед ней тяжелую стальную решетку и впустил нас в катакомбы. Лязг стальных прутьев эхом раздался по узким каменным коридорам.

- Я пойду, посмотрю может там наверху нужна моя помощь… - неуверенно промямлил Донахью.

- Иди. - Лакан даже не обернулась на своего неказистого заместителя и просто махнула рукой куда-то в сторону.

Первый заместитель поспешил ретироваться, пока главврач не передумала и не заставила его идти с ними. Спускаться в катакомбы последнее, что ему хотелось в свои предпенсионные годы, от сырости у него усиливался артрит и пробуждался хронический тонзиллит.

Вперед вышел здоровенный детина санитар, шириной и высотой точно вписывающийся в эти узкие старые коридоры.