Берег Живых III - Выбор Богов, Книга 2

Его губы дрогнули в мрачной улыбке, и он со вздохом потёр лоб. Какая тёмная ирония!

— Вот оно что... Всё это время... ты думал, что убийц по следу Хэфера послал я.

Перкау стиснул зубы, глядя на него с упрямой обречённостью.

«Я чувствую, как твоя воля сминает меня... Расплавленное золото... Испепеляющие лучи солнечной ладьи... Но он найдёт, что противопоставить тебе!»

Последние слова Хатепер невольно повторил вслух. Теперь он понимал их смысл.

— Ты говорил о нём тогда... о Хэфере, — прошептал дипломат.

Жрец отвёл взгляд, явно не собираясь сообщать больше, чем уже сказал. Но большего и не требовалось.

— Ты полагаешь, что он вернётся к нам с войной... И даже не знай я всего — теперь я вижу, для чего тебя обучила Серкат.

Плечи Перкау дёрнулись и опали. На миг Хатеперу показалось, что глаза жреца блеснули отражённым пламенем светильника. Глухое отчаяние исходило от него тяжёлыми волнами, словно сломалось последнее, что держало его.

Дипломат приблизился к бальзамировщику и проговорил уже мягче:

— Если ты и впрямь намерен служить Хэферу, а не использовать в целях, кажущихся тебе верными, — помоги мне найти остальных.

Другие ученики Серкат — кто они? Кто пытал телохранителей царевича, заключив сделку с эльфами? И, как по-твоему — возможно ли, чтобы жрец Сатеха мог использовать фейское колдовство?

Молчание затягивалось. Хатепер видел, как жрец напряжённо боролся с собой, потому что воспринимал Великого Управителя как своего врага, победить которого не было ни малейшей надежды.

Но разум Перкау возобладал, и он пришёл к тому же заключению, к которому в такой ситуации мог бы прийти сам Хатепер: один могучий враг в силах уничтожить другого.

— Мой будущий Владыка направился в пески сам, добровольно, и прошёл посвящение. Он искал Силу, способную помочь ему защитить себя и свой трон. Но там, в песках... его пытались убить. Снова. За ним пришёл чародей с двумя лицами.

— С двумя лицами? — переспросил Хатепер. — Ты говоришь о гламуре[1]?

Запоздало он подумал о том, что бальзамировщику вряд ли известно о гламуре.

Искусством смены облика в Империи владели только жрецы Тхати высокой ступени посвящения, причём служители именно одной из ипостасей Триждывеличайшего — Вестника, Господина Удачи, защитника путников и перекрёстков, того, кто даровал дипломатам красноречие, торговцам — искусство расчётов и понимание мер... а представителям искусств уже не столь уважаемых — собственно, удачу.