Зло затаённое. Пролог

Не успевая остановиться, он пролетел мимо своего противника и получил гардой по затылку.

В голове загудело, к горлу подступила тошнота, перед глазами вдруг замерцали яркие искры. Он едва не упал и лишь коснувшись руками земли, сумел удержаться на ногах и развернуться. Мессер Норелли стоял радом, опустив руку с плащом. Факел все еще горел за его спиной, так, что Тедоро видел только силуэт мужчины. Шпагу, направленную в лицо, ветриец заметил лишь по холодному блеску отточенной кромки. Она почти касалась его носа, так, что мужчина без труда мог разглядеть ее убийственную остроту.

— Так давно ты в Гвенаре?

— На днях приехал.

— Солдат?

— Был.

— Ветриец?

— Да.

Мессер Норелли чуть слышно вздохнул.

— Чтож, раз уж ты не местный, просвещу тебя. Грабежом в Гвенаре без разрешения заниматься нельзя. Убивать тех, кого грабишь — нельзя. Трогать меня — нельзя. Запомни мое лицо и больше мне не докучай. Завтра же представься мастерам Второго цеха. Объясни им ситуацию, извинись, заплати штраф и…

Тедоро махнул тесаком перед собой, пытаясь сбить направленное на него оружие, но рассек лишь воздух.

Его противник сделал неуловимое движение кистью и шпага снова почти коснулась носа ветрийца. Мессер Норелли больше не улыбался.

Тедеро махнул еше раз, стараясь вложить в это движение всю свою силу, махнул слишком широко. Шпага противника описала острием маленький полукруг и прошила запястье ветрийца. Мессер Норелли шагнул вперед и клинок без усилия проткнул руку насквозь, пригвоздив запястье Тедоро к груди.

Мужчина выронил оружие, быстро шагнул назад, пытаясь освободить раненную руку, но оказался прижат к стене. Черт знает, как она оказалась так близко.

А дальше Норелли сделал что-то странное. Он подскочил к своему противнику, зажал плащем, все еще мотавшимся на руке, рану и лишь потом выдернул шпагу. Тедоро взвыл от боли и хотел было сползти по стене на землю, но мессер Норелли удержал его.

— Пошли, — сказал он, одной рукой сжимая плащ, а другой подталкивая Тедоро в спину. — Держи, чтобы кровью тут все не заляпать.

Господи, сколько суеты. Такой хороший был вечер. Какого черта нужно было его портить?

— Я…

— Да плевать мне.

Лишь отведя раненного на одну из боковых улиц, мессер Норелли снова заговорил.

— Слушай меня внимательно. Два квартала в ту сторону, вон туда, церковь. Маленькая, старенькая, у ворот растет здоровый кипарис.

— Я не знаю, что такое кипарис.

— Дерево такое. Высокое, черное, не спутаешь, если жить хочешь. В Гвенаре не много деревьев.