Мир шута и трубадура

После того, как крамы перестали чураться христианской религии и нашли, что кусок хлеба иногда приятно разнообразит их стол, они стали возделывать небольшие участки в лесу, чаще всего на полянах и у болот. Каждая семья обрабатывала свой участок, но по-прежнему основной пищей была дичь и лесные растения, которые никогда не иссякали благодаря строгим правилам Закона Леса.

Так, исподволь, христианская религия и эсвейская цивилизация начали проникать в торнихозские леса, но при малейшей неосторожности дело шло прахом и все приходилось начинать сначала.

Так было в 1762 году, когда лесорубы начали вырубать лес возле Волчьей горы. Волчья гора была посвящена Волку, как Олений дол – Оленю, Лисий яр – Лисе, и там никто не смел охотиться на этих животных. Когда по приказанию Генриха Второго началась вырубка у Волчьей горы, крамы объединились, как объединились бы при вторжении врагов. В то время уже около ста лет не было сколько-нибудь серьезных столкновений с крамами и торнихозской нечистью, и многие начали думать, что не так страшен черт, как его малюют.

Начальник лесорубов всю жизнь прожил в Шеке, о крамах знал понаслышке и лишь засмеялся, когда вышедший из лесу человек спокойно запретил рубить здесь деревья и приказал ему и его людям уйти отсюда к закату.

На шапке у этого человека было перо ворона, означавшее, что кланы объединились против общего врага и вождь вождей послал к этому врагу гонца-альсинга. Несколько лесорубов, сообразивших, что к чему, не стали дожидаться заката, но остальным было плевать и на Волчью гору, и на угрозы крамов.

В результате гибель отряда лесорубов дала толчок началу «лесной войны», которая закончилась быстро и бесславно, как и все другие акции неразумного короля.

Преемник Генриха Второго, Генрих Третий, потратил много сил на то, чтобы загладить последствия опрометчивых действий своего вспыльчивого деда, и в его долгое царствование было много сделано для налаживания мирного сосуществования крамов, симпанов и эсвеев.

В Торнихозе до сих пор с уважением вспоминают этого короля, насколько крамы способны уважать человека чужого племени.

Рассуждая о характере и нравах крамов, не надо забывать, что их отношения друг к другу и к чужакам часто противоположны. Чужих крамы не любят и не доверяют им. Как ни странно, даже больше, чем эсвеев, они недолюбливают симпанов, хотя последние куда ближе к ним, чем жители остальных областей Крамии.