Ходившие и невернувшиеся

С улицы доносились какие–то грохочущие звуки и ругань.

Из дневника похода Олега Бездаря 1920–1921 гг.:

“30 октября 1920 год. Урга.

В этих местах по ночам настолько пронзительно–чёрное небо с мерцающими холодными звёздами, что я начинаю забывать, какие звёзды блистали над нами, когда мы вышли из Новониколаевска примерно полгода назад.

Роман Фёдорович пообещал вызволить нас из китайского плена, однако первая попытка штурма города его войсками провалилась. Не сильно сведущ я в тактике, да и не пускали на передовую – знаю лишь, что русские отошли да окопались недалече.

Нашей пятёрке давно уже нет никаких дел в Урге, но выбраться не можем. Китайцы считают нас за важных персон, обращаются бережно, однако из города не выпускают. Похоже на то, что нас собираются обменивать с Советской Россией на какие–то важные уступки. По крайней мере, ни о каком обмене с войсками Романа Фёдоровича нас на кого–то, речь не идёт.

Лично я занялся изучением буддийских текстов и преданий. И хоть и наткнулся Виктор на несколько семей монголов, кто утверждал, что встречал некоего дивного червя в пустыни, да проверить это не представляется никакой возможности.

Китайцы со дня на день ожидают повторной атаки русских, а я жду его письмо. Роман Фёдорович предстал человеком чести, который сам стремится прикоснуться к тайна этого мира”.

***

Деревня уже полностью спала, когда они подъехали к дому Петра – даже собаки не реагировали из–за заборов. С этой стороны дома и постройки, что можно было увидеть в лунном свете, выглядели не так справно, как по главной улице, видно было, что этот конец менее зажиточен.

Дом Петра стоял на самом краю, видно было, что дальше от него улица становится дорогой в сторону белевших на расстоянии примерно в полверсты скал. Богдану подумалось, что в скалы, которые здесь виднелись ближе и обходили деревню по дуге, может упираться поле этого самого Петра, если оно отходило сразу от дома в сторону каменистых осыпей.

У калитки их встретил коренастый и бородатый мужичок. Он отрывисто поздоровался с Фёдором Ефимовичем и посмотрел на Богдана и Платона, которые ещё сидели верхом.

– Коням тут не место, – помотал он головой, – Фёдор Ефимович, знаешь же.

– Путников–то приюти. А что коням не место, так сведём подальше, как всегда, – согласился тот.