Ходившие и невернувшиеся

Богдан же не нашёл аргументов, почему им не следует ехать с этими староверами в их деревню, всё пока выходило, что это не ловушка, что они и правда живут по–совести и готовы помогать ближним своим.

Кутурча встретила их обычными деревенскими запахами и звуками, хотя по темноте уже почти не горело огней в домах. Было ощущение, что деревня спала, раскинувшись посреди тайги, однако на околице их кавалькаду остановил появившийся буквально из темноты какой–то юнец, перекинулся парой фраз с передовым всадником, затем точно также растворился во тьме.

– Дозорные? – спросил прапорщик мужика, ехавшего слева.

– Да, – устало произнёс тот, не поворачивая головы, – Бандиты шалят, вот и держим оборону.

– А стену не построили? Как оборонять–то?

– Дык со стороны Белогорья никто не сунется, там хода нет. А с этой стороны дорога одна. По лесу не пройдёшь особо, но там тоже дозор имеется.

– А с той деревней что случилось? – Абиссов кивнул назад, – Они не оборонились, видно.

– Колчаковцы там были, – буркнул его собеседник, словно сплюнул слова, – Вначале оттуда ушли мужики на фронт, потом ещё на один фронт, а как полыхнуло в Минусинске, так казаки туда и приехали, кого убили, а кого с собой забрали.

Они ехали молча по тёмной улице Кутурчи.

Луна и звёзды давали достаточно света, чтобы понять, насколько деревня была большой. Справа вдали белели скалы и курумники, на границе которых виднелись крыши домов – ясно было, что кроме центральной улицы, по которой они ехали, была точно ещё одна, по которой и стояли те дома.

Людей на улицах не было, зато слыша всадников, из каждого двора начинали лаять собаки, наводя переполох на уже уснувшую домашнюю птицу. Платон догнал Богдана, ехавшего чуть впереди.

– Что думаешь? – спросил он негромко, подъехав почти вплотную.

– Деревня большая и богатая, странно это, – также негромко отозвался Богдан, – Как бы тут не гнездились все эти бандиты.

– Чего советы–то до сюда не добрались? – произнёс француз, глядя на их сопровождающих, те либо не замечали разговора, либо делали вид.

– Колчаковцы тоже не добрались, странно. Сколько мы ехали от Шабуна? Или как она там…

– Четыре часа, – пожал плечами Ленг, – Ехали–то шагом, да по не очень хоженой дороге. Так что десятка полтора вёрст, как по мне.