Игла бессмертия

Корчысов перелез через ограду, достал из кармана яблоко и не спеша пошёл к жеребцу, на ходу выговаривая ему утешительные похвалы:

— Ах ты, красавец, умница, какой жеребчик...

Однако ж конь не принял доброго отношения — зафыркал, заржал, скакнул в сторону. Да и вел себя жеребец дёргано и взволнованно.

— Э, вот видишь, какая печально! — От расстройства мурза стал хуже говорить по-русски. — Георгий, может, тебя послушать?

Предложение было неожиданным, Воронцов никогда не объезжал коней и хотел было отказаться, когда вступил Колосков:

— Что ты, Лев, он ещё, чего доброго, покалечит нам гостя! Как можно?.

— Нет, отчего же, давайте попробуем, — решился капитан, побужденный к тому бог знает откуда взявшейся и совершенно мальчишеской гордостью.

Воронцов перелез через ограду и пошёл к животному, а мурза, напротив, вышел из круга и стал наблюдать с затаенным интересом.

Ещё на подходе Воронцов понял, что жеребца он просто так не успокоит и придётся обратиться к силам, которые не были напрямую дарованы людям Господом Богом.

— Прости меня, Господи, грешного, прости, — пробормотал Воронцов и обратился внутрь себя, туда, где под сердцем жила душа.

Она откликнулась как всегда — тёплой живительной волной, прошедшей по телу и задержавшейся в глазах. Там, в глубине зрачков, вспыхнули и закружились золотистые искорки.

Это преображение испугало жеребца — он заржал, показывая зубы, поднялся на дыбы; когда же странный человек подошёл — попытался укусить протянутую руку.

Действовать на расстоянии было нельзя — спутники заметят чудеса — и Воронцов старался приблизиться с тем, чтобы накоротке заглянуть в распахнутый конский глаз.

— Георгий, брось, а ну как цапнет?! — крикнул исправник.

Когда жеребец попытался его достать, колдун вместо того чтобы отпрянуть — шагнул вперёд. Но не успел полностью убрать левую руку, и ему ожгло пальцы — конские зубы сомкнулись на них.

Обида, боль, злость и испуг влились в сознание Воронцова, и разобраться с этими чувствами оказалось трудно, ведь и чародей испытывал противоречия внутри себя.

Контакт разорвался, а жеребец, чуть привстав на задние ноги, лягнул Георгия в бедро, отчего заклинатель рухнул как подкошенный.