Спасение не-рядового М.

Линь Чэнь аккуратно подхватил Чансу под локоть и повел по галерее во второй дворик, где уже наливались на кустах плоды гуми. Вывел на ступеньки, поставил в нужную для наблюдения позицию, положил ладонь ему на щеку и легонько повернул голову, заодно прощупывая пульс.

– Смотри. Я, значит, по-твоему, должен жить вот здесь?! – голос Линь Чэня источал яд, словно редкая песчаная гадюка с крапчатым узором, которую потревожили во время сна на солнышке. – Будучи твоим гостем, стану ютиться в этой темной пристройке сзади главного дома, изображая из себя незамужнюю девицу, которая стесняется выйти на люди? Здесь дурно спится.

Мэй Чансу повел плечом, убирая чужую ладонь, но биение его сердца не ускорилось не капельки. Вяловатый был пульс, прямо скажем, словно все происходящее обтекало его, как вода – навощённую дощечку.

– И только-то. Я думал, случилась беда, а ты недоволен покоями. На новом месте всегда спится нехорошо. Ну найди себе другие. Только не проси, чтобы я сразу отдал тебе свою спальню.

– Нет, мне бы хватило и половины ее, раз уж ты предлагаешь, – великодушно подсказал ему Линь Чэнь.

Как обычно это происходило при любых фривольных намеках со стороны Чэня, тот сделал лицо лунным пряником и изобразил, что ничего такого не услышал и не понял, лишь отметил между делом:

– Мы вряд ли сойдемся в распорядке дня.

«Ладно, усилим нажим».

– Ага! – Линь Чэнь обличающе поднял палец. – Ты про свои тайные ночные свидания? Или уже не тайные? Я знаю все про подземный ход, который ты нынче приказал заделать.

Смущение, недовольство, капелька нежности? Черта с два. Полнейшее пыльное равнодушие, с которым Чансу ответил:

– Воистину, ты любитель древностей. Все-то тебе нужно знать! Даже то, что уже осталось в прошлом и уже бесполезно.

– Бесполезно искать кости в курином яйце и учить тебя относиться к себе самому с большей заботой! А лишний выход из норы ни одному лису никогда не мешал.

– Такой тайный проход, про который известно даже тебе – кому он нужен? – махнул рукой Чансу.

– Даже мне?! – воскликнул Линь Чэнь пафосно, вставая в позу и возвышая свой голос до драматического. – Что значит «даже»? Мэй Чансу, твое пренебрежение ко мне переходит все границы.