Серебряные стрелы

 – Старуха, ты арестована именем Королевы Матери, – грозно пробасил Воевода, видя, как дом быстро заполняется солдатами – бежать ведьме было некуда. Та замерла на мгновение и, прекратив копаться в сундуке медленно повернулась.

 – Она мне не мать, – проворчала колдунья, и подобие усмешки тронуло её тонкие губы. Общие взгляды заполнивших помещение солдат были прикованы к лицу ведьмы; её можно было назвать как угодно, но только не старухой. Перед ними стояла миловидная женщина средних лет, с правильными чертами лица и распущенными чёрными волосами, обрезанными чуть ниже плеч.

– В чём меня обвиняют? – спросила хозяйка, стрельнув глазами на открытый сундук. Во взгляде её явно читалось сожаление, и судья подумал, что ещё немного, и они бы разминулись. Кто-то тётку явно предупредил. 

 – Вас ни в чём пока не обвиняют, просто нужно прояснить обстоятельства одного чрезвычайно запутанного дела, если хотите, можете считать это консультацией, – уклончиво ответил он, но воевода всё испортил, не видя причин церемониться с опасной преступницей рявкнув с высоты своего роста:

 – Тебя, ведьма, обвиняют в том, что творится сейчас в городе, а именно в убийствах совершённых с непонятной целью и именно об этом ты нам расскажешь.

 – Я здесь не-причём, чтобы говорить такое нужно иметь хоть какие-то доказательства…

 – Будут тебе доказательства, – ласково успокоил её начальник городского караула, с ненавистью сверля глазами. – Вот вздёрнем тебя на дыбу, ты сразу всё и расскажешь: что, зачем и почему, – сделав шаг вперёд, он хотел вытащить из ножен меч, но лезвие вдруг застряло в нём.

 – Вы делаете ошибку! – крикнула ведьма и, схватив со стола горсть сухих трав, швырнула в горящую плошку с жиром, заменявшую ей фонарь. С резким щелчком трава вспыхнула, ослепив всех на мгновение, а когда зрение вернулись к опешившим от неожиданности воинам, колдуньи уже на месте не было. Зарычав от злости Воевода метался по дому не находя объяснения её таинственному исчезновению, не считая того, что могла она исчезнуть посредством колдовства.

 – Уходит! Ведьма уходит! – закричали в этот момент со двора и, мешая друг другу в образовавшейся толчее, стражники устремись наружу.

Держа подмышкой небольшой мешок, который всё же успела прихватить, колдунья бежала к реке, задрав к коленям подол сарафана.