Острова

— Ежели вернусь с целою башкой, дадите хлебнуть вашего ўиски?

— Дам, — рассмеялся капитан, — хоть целую бутылку подарю!

Грани неодобрительно вздохнул, но перечить не решился.

— Шон, тогда будь добр, отойди чуть в сторонку, — Хэкьвос почти неестественно выпрямился и заложил руки за спину. — Сейчас может быть немного неприятно.

Парень немного сдвинулся к борту и встал ровно, вытянув руки по швам. Его лицо заметно побледнело.

— Jhésrh tvóh stóikhnom dhéhsiokh, pódh tvoh kháios…[1]

Шон крепко зажмурил глаза — а потом недоверчиво приоткрыл правый.

Маг продолжал читать заклинание, но — зрительно, по крайней мере — ничего не происходило. Кайт внимательно наблюдал за ним, держа в руках уже неразлучный с ним посох.

— Готово, — Хэкьвос наконец-то выдохнул и расслабился. — Чувствуешь что-то?

Лорландец отрицательно помотал головой.

— А сейчас?

Маг быстро шагнул к парню и ухватил его за предплечье. Тот даже не успел понять, что произошло — Хэкьвос с силой опустил его руку на дерево фальшборта.

Грани вскрикнул от неожиданности, но Шон не издал ни звука. Он с удивлением рассматривал свои совершенно целые пальцы и небольшую вмятину в древесине.

— Оно должно продержаться где-то до завтра, — удовлетворённо кивнул маг. — Твоему телу теперь вряд ли что-то сможет сильно навредить… только, прошу, не пытайся стрелять в себя или резать ножом, хорошо?

— Хера… — Шон поворачивал свою ладонь и так, и сяк, всё ещё не веря, что с ней ничего не произошло. — Спасибо вам, сэр маг!

— На здоровье.

Но учти ещё и то, что боли ты теперь тоже почти не ощущаешь. Если там, внизу, почувствуешь себя дурно, заболит голова или ещё что-нибудь, то всплывай немедленно — это будет значить, что всё пошло совсем не так. Уяснил?

— Ага!

— Теперь мой выход, — Эарн шагнул вперёд, сжимая в одной руке нож в кожаных ножнах, а в другой — небольшой стеклянный шарик на верёвочке. — Это — резать, а это — светить.

— Погодите, сэр альв, я не успеваю!

Шон только успел сбросить рубаху, и теперь расстёгивал бриджи.

Рулевой терпеливо ждал, пока матрос наконец одолеет пуговицы.

— Пристегни к ноге, — протянул Эарн нож к лорландцу.

Матрос начал закреплять ремни на бедре, а сам альв поднёс шарик поближе к лицу и легонько стукнул по нему пальцем.

— Gorách, — негромко шепнул он.

Стекло зажглось ровным жёлтым светом даже быстрее, чем свеча, поднесённая к огню. 

— Помнишь, как пользоваться, да? — протянул Эарн и шарик.

— Ага, — в очередной раз кивнул Шон.