Сказания не лгут

Женщины некоторое время лежат на песке, наслаждаясь. Наконец, Яруна первая поднимается:

– Хватит бездельничать, жёнки! 

Привести себя в порядок да идти дальше. Прополоскать в проточной воде перемазанные давленым гнусом и кровью убрусы, рубашки. Самим вымыться, натираясь крупным белым песком. Берта рада смыть с себя вонючий пот. Приподнимая груди, чувствует, что трогать их больно – ни с того ни с сего такие твёрдые стали. Точно, простыла! И когда надуло? Вот ещё не хватало – отродясь не было такой напасти.

Чем её лечить? Гусятник что–ли распарить и прикладывать? А коли не пройдёт – у Грид спросить. Она чахлая, так от всех болячек лекарство знает. 

Брод по этой поре ещё глубокий. Рослым Яруне и Фледе – и тем много выше колен. А Хильде и вовсе по грудку. Вода на середине реки быстрая, с ног валит. 

– Держись за меня крепче, – говорит Хильде подобревшая после отдыха Яруна. 

Девочка кивает. Снимает кузовок – не хочет грибы мочить. Хотя, по правде, что с ними станется? Всё равно, как придут – мыть и перебирать.

 

Линда ворчит на ходу: 

– Вот ведь, лес под носом. А за грибами–ягодами приходится в такую даль таскаться!

– Кто ж тебе мешает? – смеётся Яруна. – Шла бы в дубраву против хардусы!

– Ага, – фыркает Фледа, – Говна хакийские топтать.

Женщины хохочут. Никому в голову не придёт собирать травы, грибы и ягоды в ближних лесах. И вовсе не потому, что туда бегают по нужде хаки. Лето – пора неспокойная. Набег за набегом. Уж лучше промочить ноги и платье, переходя через брод на низкий берег Оттерфлоды – целее будешь.

У самого брода понимают, что всё не так уж спокойно. Дети купаются, а вот мужей не видать. У Берты в животе противно ёкает и сжимается. Виски заломило – аж до тошноты. Дойдя до дома, она, не переменив мокрой рубахи, спешит на мужскую половину. Там пусто – это не диво – в летний день кому охота в доме сидеть? Но у некоторых лежанок нет военных рубах, оружия и шлемов. Атанариховых – тоже… 

Значит, хаки где–то близко.

Небось, снова на приграничные хеймы напали, и рих послал на подмогу небольшой отряд. Стараясь выглядеть как можно более равнодушной, Берта идёт на женскую половину дома. Там Линда и Фледа, смеясь, меняют мокрые рубахи. 

– Ты куда потерялась? – спрашивает Фледа. 

– Набег? – мрачно отзывается Берта. 

– Да, на Волчью падь, – отвечает Фледа, в то время как Линда мрачно скалится и кивает. Ну да, её Куница тоже не в хардусе.