Марфа Ялгина

Осыпались камни сзади, пёс натужно залаял и дёрнулся на звук, знахарка скорее инстинктивно, чем рационально развернулась и подхватила длинную палку, которую использовала в качестве посоха в пути из деревни. В нескольких метрах от неё темнота, в которую был укутан берег, уплотнилась и словно оформилась в какого-то зверя. Пёс надсаживался и, судя по звукам, так и не бросился на пришедшего, а лаял неподалёку от Марфы. Пришельца разглядеть было невозможно, как и услышать от него каких-то звуков, но все чувства девушки говорили, что сейчас она стоит перед самой большой опасностью, которую когда-либо встречала в жизни.

Но эта опасность не стремилась приближаться, нечто, скрывающееся во тьме, словно бы стояло и наблюдало.

Так прошла очень длинная минута, но после совершенно внезапно задул ветер от воды, темнота колыхнулась и перед знахаркой остался совершенно прежний берег. Пёс же перестал лаять ровно в тот момент, как задул ветер.

Марфа прошла на то место, откуда это нечто спустилось.

Луна вновь вышла из-за тучи, потому берег стал достаточно хорошо виден. Совершенно случайно девушка заприметила знакомые стебли искомой травы - даже в лунном свете это было отчётливо ясно. Она достала из своей сумки серп и начала аккуратно срезать траву.

***

Свет в окне марфиного дома горел почти всю ночь. Знахарка заготавливала траву, которую принесла с берега. Нужно было не только особым образом её нарезать и поставить сушиться на раскалённую докрасна печь, но и прочесть особые молитвы, которые даровали бы нужную силу снадобью - всё, как учила её бабушка.

Уже почти в самый тёмный предрассветный час Марфа вышла до колодца, чтобы умыться и поспать несколько часов до утра. За ночь подморозило, потому она шагала по скользким от инея деревянным мосткам. Дойдя до колодца, зачерпнула оттуда воды, отпила, умылась. После этого она машинально посмотрела на пригорок, куда уходила дорога из деревни. На пригорке, залитом ярким лунным светом, стол огромный чёрный медведь.

Марфа сообразила, что даже если она побежит сейчас в дом или побежит по улице звать на помощь, ей это не поможет. Да и была ещё одна мысль, которая не выходила у неё из головы - на Ольхоне медведей нет.

Она аккуратно поставила ковш на край колодца. Невидимый пёс тявкнул позади неё. Медведь словно услышал его с такого большого расстояния и повернул свою голову в их сторону. “Ну, здравствуй, коли не шутишь”, - произнесла знахарка, глядя на медведя.