Тетрадь Серафима

Битва была жестокой, кровь и огонь заливали берег озера, но в самый сложный момент битвы Улу–тойон не пожелал выйти на бой один–на–один с братом, вместо этого он бросил на него всех ийратов, которые ещё оставались под его началом, бросил на одного Эрлик–хана. Каким бы ни был сильным этот, но врагов было больше. Его генерал, чудовищный великан с медвежьей головой Мусмал, во главе отряда поончахов сумел отбить израненное тело своего предводителя. И вместе с телом они скрылись с поля боя, Мусмал, Эрлик–хан и горстка поончахов.

Улу–тойон торжествовал, а Нижний Мир безмолвствовал. Никогда ещё не было такой бойни. И никогда ещё брат настолько вероломно и безжалостно не выступал против брата. Когда всё стихло, он удалился в свою юрту на берегу Огненного моря, где продолжил принимать посланцев из Срединного мира. А Эрлик–хан исчез, и про него все постепенно забыли.

***– Смотри, Лен, что тут нашла про казаков? – Вера подняла голову от книги и повернулась к своей подруге, сидевшей за соседним столом.

– Что там такое? – перед студенткой в круге света настольной лампы были разложены фото рукописных записей, и она смотрела на них, словно на пасьянс, который всё никак не складывался.

– Это про Василия Даниловича Пояркова. “Служилых людей он бил и мучил напрасно и, пограбя у них хлебные запасы, из острожка их вон выбил, а велел им идти есть убитых иноземцев, и служилые люди, не желая напрасною смертию помереть, съели многих мёртвых иноземцев и служилых людей, которые с голоду померли, приели человек с пятьдесят; иных Поярков своими руками прибил до смерти, приговаривая: «Не дороги они, служилые люди! Десятнику цена десять денег, а рядовому два гроша».

– Это ты свою Джунгарию изучаешь? – Лена улыбнулась, но по–прежнему не перестала смотреть на фотокарточки.

– Даурию, а не Джунгарию. – Вера насупилась, – Ну, как можно перепутать–то вообще?

– Ну, как как, всё тебе расскажи.

– На зимовье поярковцев на реке Умлекан. Их в январе 1644 осадили дауры…

– Погоди–ка. – перебила Лена свою подругу, – А до этого они же вступали в контакты с местными?

– Ну да, вступали. – Вера насторожилась, не совсем понимая, к чему такие простые вопросы задаёт её подруга, – Они же прибыли, чтобы ясак собирать. Меха, хлеб, серебро…

– Смотри, похоже, ты мне поможешь.