Сердце Скал. Зверь

— Нет ничего горестнее в этой жизни, чем утрата матери!

Юнец хмуро поклонился, стараясь не слишком гнуть шею, и тут же, как вепрь, ринулся в атаку.

— Мне передали, что вы просили меня о встрече, господин кардинал, — резко перешёл он к делу, выпрямляясь. — Что вы хотите сообщить мне о судьбе моего эра?

Сильвестр, не отвечая, благословил братьев Рокслеев и неведомого ему горца (те восприняли оказанную им милость весьма кисло).

— Я рад приветствовать вас, дети мои, — благодушно изрёк кардинал, — и вас, граф, и вас, виконт, и вас, сударь! Благоволите подождать конца нашей беседы в моём доме.

— Но, ваше высокопреосвященство, — надменно возразил граф Рокслей, — герцог Окделл предложил нам быть свидетелями вашего с ним разговора. Монсеньор, к несчастью, ещё не достиг совершеннолетия. Вы ведь понимаете: в отсутствие опекуна его светлость нуждается в советах тех, кому он полностью доверяет.

— Вы правы, граф, — безмятежно отозвался Сильвестр, не дав уже раскрывшему рот Окделлу вставить словечко, — но свои дела герцог Алва не стал бы обсуждать вместе с вами. Между тем разговор пойдёт именно о нём – об опекуне герцога Окделла. Вы, сын мой, — Сильвестр повернулся к юнцу с отеческой улыбкой, — вольны решить сами: или остаться, чтобы потолковать со мной о вашем эре, или уйти.

— Монсеньор! — воскликнул молодой Джеймс Рокслей с преувеличенным возмущением.

Но Окделл, упрямо сжав рот, покачал головой.

— Прошу вас подождать меня, господа, — сказал он негромко, повернувшись к своей свите.

— Это неосмотрительно, монсеньор! — предупредил старший Рокслей, недобро посматривая на кардинала.

Окделл нетерпеливо возразил, сердито блестя покрасневшими глазами:

— Я приехал сюда, чтобы поговорить о моём эре. Я не уеду отсюда ни с чем!

Рокслеи сдались и, бросая на Сильвестра злые взгляды, ретировались к своим лошадям в сопровождении молчаливого надорца, так и не сказавшего ни слова.

Сильвестр, не теряя благодушия, повернулся к юному Окделлу.

— Спустимся в сад, герцог, — предложил он.

Оруженосец Рокэ нахмурился, но последовал по пятам за кардиналом.

Сад был разбит позади особняка.