Сердце Скал. Зверь

Ведь королева поклялась вашим сыном, а следствие как раз призвано доказать, что кронпринц Карл действительно является сыном вашего величества. Но что, если он – дитя прелюбодеяния? Тогда её величество клянётся жизнью того, кого просто не существует, государь! Поэтому я смиренно прошу ваше величество убедить вашу супругу повторить за вами, не меняя ни одного слова: «Клянусь жизнью моего сына, что я невиновна в супружеской измене».

— Это одно и то же, ваше высокопреосвященство, — возразила Катарина, не вставая с колен.

— Я уже поклялась. Неужели… неужели дошло до того, что ваше величество готовы отказаться от собственных детей?! – воскликнула она с ужасом, поворачиваясь к королю.

Король замялся.

— Ваше величество, — настойчиво повторил Сильвестр, — суд не примет подобной клятвы.

Фердинанд сморгнул застывшие в глазах слёзы и неловко обратился к жене.

— Сударыня?

— О! — воскликнула Катарина, поднимаясь в приступе праведного негодования. — Теперь я вижу, кто мой враг, ваше высокопреосвященство! Вы готовите мне и королю низкую ловушку! Вы, вы, служитель церкви, задумали совершить преступление перед лицом Создателя! Увы! Мой супруг, естественный защитник жены, поддался на ваши уловки.

Но не рассчитывайте, что ваши интриги легко осуществятся! Я – мать, и я до последнего вздоха буду защищать своих детей!

— Почему её величество угрожает мне, государь, когда она так легко принесла свою первую клятву? — вкрадчиво спросил Сильвестр короля, не теряя присутствия духа.

— Прошу вас, мадам… — залопотал совершенно удручённый Фердинанд.

— Умоляю вас! Я полностью вам поверю…

— Какие интриги, дочь моя, вы усматриваете в том, чтобы повторить вашу клятву с заменой одного местоимения? — спросил Сильвестр, пожимая плечами. — Это же в ваших интересах.

Катарина смерила его презрительным взглядом:

— Я не знаю, как вы хотите использовать мою клятву. Может быть, как признание вины?.. О, если бы речь шла только о моей жизни, я не стала бы противиться вам. Я приняла бы любую несправедливость, ибо Создатель посылает нам испытания, чтобы проверить нашу стойкость.

Но ради детей… Государь, возлюбленный супруг мой! Ради спасения наших бедных детей, я не стану делать того, к чему меня понуждают враги! — И Катарина поникла, словно лишившись сил от избытка переживаний.

Испуганный Фердинанд кинулся к ней на помощь. Однако Сильвестр, совершенно уверенный, что бедная страдалица быстро придёт в себя, едва они выйдут за порог, кликнул фрейлину и служанок.