Тетраксис мира Посейдона. Книга первая. Архонт

Даже самую необычную и бесстыжую, как, например, получить от князя столько злата и серебра, сколько его гость сможет унести, или, хуже того, позволить чужестранцу разделить в эту ночь свое ложе с одной из княжон.

Не знал только почетный и вместе с тем несчастный гость одного: с первыми лучами солнца его ждала верная смерть от руки князя. Это мог быть просто поединок, но значительно чаще – азартная охота всей княжеской дружины на вроде бы отпущенного утром после пира с миром и на все четыре стороны чужестранца.

Так должно было случиться и в этот раз.

Однако … званых гостей на княжеском пиру оказалось сразу двое. К тому же, один из них был безобидным старцем, второй – безусым юнцом.

Лицезрея перед собой двух переминающихся с ноги на ногу странников, Нура пребывал в замешательства. Конечно, он мог запросто приказать своим холопам выгнать одного из них взашей со двора. Но тогда бы это было нарушением священного обычая. К тому же, князь все равно не знал, которого из двоих оставить: ни отрок, ни уж тем более старец, без сомнения, не могли составить ему достойную, пусть даже всего на одну ночь, компанию на пиру.

В итоге, не мудрствуя лукаво и полностью починившись воле Макоши[2], князь принял решения оставить на пиру обоих, а поутру объявить охоту.

- Милостиво просим вкусить наш хлеб-соль, дорогие гости, - наконец, не слишком убедительно изображая на своем лице дружелюбную улыбку и нехотя приподнимаясь с трона, произнес князь в адрес гостей. - Я знаю, что вы прибыли издалека.

Нур запнулся на полуслове, переводя свой взгляд с чужестранцев на Верховного Волхва, вальяжно восседавшего на обшитом шкурами пне по левую руку от князя и самым постыдным образом "клевавшего" носом от навалившейся на него дремоты.

- Надеюсь, Премудрый и Почтенный Волхв[3] уже и во всех подробностях посвятил вас в наш древний, как сам Сурья[4], обычай? – зловеще усмехнувшись, повысил голос князь, на этот раз не совсем понятно к кому обращаясь: то ли все еще к гостям, то ли уже к своему явно напрашивающемуся на гнев своего господина волхву.

- Пресветлый Князь Нур имеет в виду, - вовремя спохватился и захрипел тот, тщетно борясь с предательской зевотой, - что согласно нашему обычаю вам, уважаемые гости, предоставляется почетное право произнести первую здравницу на этом пиру.