Бажен

Нравилось ему следить, как они разговаривают, доказывают друг другу свою правоту, собравшись вокруг стола, глиняного продолговатого возвышения во дворе, на котором была разложена нехитрая мужицкая еда. Детей за стол не пускали, и наблюдать приходилось со стороны. Иногда ему казалось, что мужики куда глупей малышни, но вслух этого, конечно, не говорил. Всемил сидел рядом и рассказывал мальчишкам, как медведя завалили. Разводил руки, изображая, как стреляет из лука в голову мишки. О том, что чуть в штаны не наложил, говорить, разумеется, не стал.

Обоих позвали к столу и велели поведать, как получилось совладать со зверем.

– Не знаю, – ответил Всемил. – Стреляли, стреляли, вот и убили. А он на пенёк хрякнулся и помер.

– Испугались мы, – добавил Бажен. – Дюже сильно напугались.

– Ага, страху натерпелись, – кивнул Всемил.

– Струхнули маленько, да не растерялись, молодцы! – похвалил Вячко, бородатый мужик, с огромным мясистым носом.

– Быть вам, детки, охотниками, – добавил Житко и осторожно, но крепко пожал ребятам руки, их маленькие ладошки утонули в огромных кулачищах.

– Луки есть уже, молодец, Вячко, хорошие ты луки сделал. Отличные стрелки из ребят выйдут. Выпейте с нами, мальцы.

– Батя ругаться будет, нельзя мне, – протянул Всемил и скосил глаза на Вячко.

– Малы мы ещё, пить-то, – поддакнул Бажен.

– Ничего не малы, – сказал Вячко. – Тринадцать годков, жениться скоро можете. Как медведя завалить, не малы, а браги испить малы? Пейте.

Брага оказалась вкусная, но хмель шибанул в головы, и ребята сразу окривели, посильнее, чем от пьяной перезрелой ягоды.

Бажен подумал – как же тяжело взрослым, быть пьяным это так неудобно – из лука метко не стрельнуть, да и на ногах держаться не получается.

– Ну, будя, хватит. И чтоб больше не пили, ясно?

– Ясно! – в один голос сказали мальчики и ушли на другой конец двора.

Обоих сморило сном, и они уснули в густой траве, в стороне от вытоптанной площадки.

Бажену снилось, что он скачет на коне, одетый, как витязь, в сверкающую кольчугу, в одной руке меч, а щит надет на вторую.

За спиной лук и колчан со стрелами. Мечом рубит головы врагов, кои всегда окружают Русь со всех сторон, и выкрикивает боевой клич. Враги сплошь маленькие и хилые, и разлетаются в разные стороны, как щепки. А он смеётся и рубит подряд, без разбору.

Он проснулся и прислушался к мужицкому разговору.

– А нам-то что? Чай, не нас будут бить! Нам, можа, даже лучше будет, если соседям по шеям надают.