Бажен

Бажен и Всемил убили ещё двоих. Данила, сраженный стрелой, опустился на колени.

Монголы подошли на десяток локтей. Отбросив лук, Бажен схватился за свирель и начал выдувать из неё звуки. Кочевники остановились и удивлённо смотрели на мальчика.

Данила, стоя на коленях, натянул тетиву, но выстрелить не успел – монгольская стрела пронзила предплечье, и ратник выронил лук. Всемил опустил оружие, видя, что бороться уже бесполезно.

А Бажен продолжал играть, вдыхая в свою свирель смерть. Когда кочевники подступили ещё ближе, они почувствовали эти звуки.

Выронили луки, опустили руки и стояли с полузакрытыми глазами, слушая волховство Бажена. Затем все они упали замертво. Богатырь дольше всех пытался сопротивляться, но, захрипев от напряжения, тоже свалился в снег.

– А где ж ты раньше был? Почему раньше дудку не достал? – спросил Данила с трудом поднимаясь на ноги.

– Далеко, не смог бы свалить. Да и слишком много их было.

– Идти надо! Там ещё вороги остались. Достанут нас.

– Не остались, – сказал Бажен. – Остальных волки погрызли.

Можно возвращаться и собирать оружие. То-то кузнецу радости будет.

Мальчик догнал отступающих русичей и рассказал обо всём. Трое воинов повели раненого Данилу назад, в деревню. Двое понесли Всемила. Бажен с молчуном Фёдором вернулись за стариками и женщинами да детьми.

Остальные стали собирать оружие и доспехи на поле боя, поделив с волками добычу. Оружие погрузили на уцелевших коней и погнали ко дворам. Также на край деревни свезли погибших сельчан.

***

Когда все собрались в деревне, дед Тимофей снова принялся толочь свои травы.

Раненые стали приходить в дом, а Бажен начал наигрывать на свирели.

Раны у всех быстро затянулись. Данила, осмотрев их, с улыбкой посмотрел на Бажена.

– Хорошее зелье дед Тимофей готовит, – сказал он. – Быстро заживляет.

– Конечно! – ответил Бажен, откладывая свирель. – Дедушка добрый лекарь.

– Пожалуй, я тебя с собой возьму, – Данила положил ладонь на плечо мальчику. – Пойдёшь? Нам твоя дудочка пригодится.

Данила теперь знал, кто на самом деле врачует раны.

– Пойду! – кивнул Бажен. – И Всемилка тоже пойдёт.

Всемил уже мог наступать на ногу, а чуть позже и бегать уже стал.

– Если хотите пойти со мной – готовьтесь, – сказал Данила, – сегодня пойдём догонять наших. На запад двинем, куда мы и шли. Там остатки рязанского войска, там должны и владимирские дружины быть. Вместе мы сможем выстоять, а по отдельности погибнем.

Митрофан тоже хотел пойти с ними, но Данила его отговорил.