Берег Живых III - Выбор Богов, Книга 3

— Ты всегда была очень умной женщиной, помимо того, что красавицей, — подмигнул Колдун. — Итак, ты здесь, потому что так безопаснее и лучше — причём не только тебе. А ещё потому, что тебе нужно кое-с-кем встретиться. От этого зависит очень многое.

— Это по поручению царицы?

— Вот царицу как раз не стоит упоминать, пока... А дать пару имён — почему нет? — он пожал плечами. — Но в твоих интересах, если за этими именами будет что-то стоять. Например... как думаешь... если охотник не найдёт тебя — куда он направится дальше?

— Куда угодно, — фыркнула она.

— Нет, это не её охотник, — задумчиво ответил Колдун.

— Неужели самого Императора? — выдохнула она.

— Как знать?

— Но ты тоже замешан в этом! И в истории наследника ох как крепко замешан.

— Ага, — он кивнул странно равнодушно.

— Мы же в одной лодке, — она пустила в свой голос те вкрадчивые интонации, которые обычно помогали ей договориться даже в самых невероятных ситуациях.

— Конечно. В общем, ты пока подумай, а я раздобуду нам еды.

— Ты что... оставишь меня здесь одну? — возмутилась она, пряча за гневом страх.

Но этот страх он, кажется, почуял.

— Свет оставить? — осведомился маг, поднимаясь. — Правда, фитилёк через некоторое время прогорит. Но ты не беспокойся — сюда никто не придёт, и никто тебя не потревожит.

— Эй, стой!

Колдун направился прочь по узкому коридору.

— Я ненадолго. Знаешь, я тоже не очень люблю некрополи, — бросил он через плечо, — хотя никогда ничего не крал у мёртвых.

Откуда он знал?..

Маг скрылся за поворотом. Где-то вдалеке скрипнула и закрылась дверь, а последующий звук возвестил, что дверь эту чем-то завалили снаружи.

Лоза содрогнулась, притянула колени к груди, чтобы стать совсем незаметной. В полной тишине, нарушаемой только потрескиванием огонька в светильнике, внимательные взгляды мертвецов обратились к ней.

Он вернулся спустя целую вечность, когда призрачные голоса вокруг уже заполнили всё.

— М-да... — многозначительно изрёк он, качая головой.

— Расскажешь кому-то — убью, — тихо пообещала Лоза, превозмогая накатившую волну животного ужаса, державшего её гораздо крепче верёвок.

Сердце до сих пор трепыхалось где-то в горле пойманной птицей, да и, наверное, прибавилось седых прядей.