Пять дорог (Пять камней-2)

Что она наделала?! Обрекла девять человек, вместе с собой, на такое ужасное послесмертие! Не говоря уже о том, что им, похоже, всем придется умереть из-за ее глупости! Боги, боги, боги!

Хотелось выть и биться в истерике. Дрожали колени, руки, губы.

Видя это, Грым нахально улегся рядом, притянул девушку к себе и долго гладил по голове и спине тяжелой, теплой лапой, воскрешая в памяти что-то родом из детства и заставляя успокаиваться. Ива наконец немного расслабилась, обняла друга, насколько хватило рук, и забылась дурным, тревожным, выматывающим сном.

Грым же долго лежал с открытыми глазами и размышлял. Он знал, что, если захочет, сможет бесшумно подняться и уйти так тихо, что никто даже не пошевелится. Имелась у него и пара идей, как обмануть фуурсов. Кроме того, молодой маг не был уверен, что нашествие из-за Гор будет так же опасно для троллей, как для всех остальных. Он даже вполне допускал, что родное племя в любом случае усвистает в какие-нибудь совсем уж дальние дали и выйдет только, когда победитель определится, и постарается к нему приспособиться.

Что мешает ему самому поступить так же?

Юноша только невесело улыбнулся. Смешно думать, что он в самом деле сможет поступить подобным образом. Смешно. Не только потому, что этот мир нравился ему в том виде, в котором существовал сейчас, а сам тролль имел на него множество планов. Не из-за гуманизма и опасения не приспособиться. Еще по четырем причинам. Одна из них нервно посапывала у него на плече, пытаясь его отлежать.

«Утром ей скажу, что таки отлежала». А еще три где-то шлялись. «Ушастый, зараза, опять себе все самое лучшее отхватил. Пусть только попробует не привезти фруктов каких-нибудь поэкзотичней, поросенок этакий. А девкам — сладостей».

Правда заключалась в том, что Грым нашел свое место в жизни. Он будет боевым магом, и рядом с ним будут его друзья. Если для этого нужно, чтобы мир стоял на месте, то так уж быть, он его спасет. Осталась самая малость – выжить во всей этой передряге. Не ошиблась ли Ива? Может, действительно нужно было уносить ноги, когда была такая возможность? Сам бы он лучше ушел.

К гоблину такое странное гостеприимство, но по эту сторону заградительной черты отличались и существа, и ситуации. Кто знает, может, этот бред про сказки верен. В конце концов, Стонхэрм очень хочет жить, и он отправил сюда именно Иву. Не зря же. Но тревожно, тревожно.

Жуткое место. Не дело, что именно Ивушке пришлось сюда идти. Это работа для мужчин.