Пламя Льда

Интересно здесь то, что эту девочку дважды обменивали на родовой меч Эгмунда: сначала от нее хотели избавиться, потом получить назад.

– История без конца! – с огорчением отметила Альвин.

– И ты считаешь, что любовь делает человека счастливее, чем исполненный долг? – спросил у гостя Эрлинг ярл. Он-то всегда исполнял свой долг, даже если его забывали за это поблагодарить!

– Мне, к счастью, не приходилось между ними выбирать. Но те, кто выбрал любовь, говорят, что так.

– Для них, конечно, лучше так думать, – заметила фру Хольмвейг.

– А ты как думаешь, йомфру? – Бергер ярл посмотрел на Альвин. – Что лучше, честь или счастье?

– Я думаю… что эти два слова очень похожи. Наверное, это неспроста… Да, но как же нам назвать нашу находку! Как звали ту девочку с мечом, о которой ты рассказывал, Бергер ярл?  

– Я слышал, что воспитатель назвал ее Тора.    

– А давайте мы и нашу девочку назовем Тора! – предложила Альвин.

– И похоже, что ее мать, кто бы она ни была, выбрала любовь! – добавила фру Хольмвейг.

Праздники кончились, погасли пиршественные огни, потянулась долгая темная зима. Каждый раз около полудня черная мгла немного рассеивалась и превращалась в какое-то подобие пасмурного серого дня, но уже через несколько часов снова темнело. Однажды ночью в самом начале февраля Альвин проснулась от далекого глухого гула.

– Что с тобой, йомфру? – Унн, спавшая на ее лежанке, тоже подняла голову. – Куда ты одеваешься?

– Я слышу… Я должна посмотреть… – Альвин при свете горящего очага торопливо натягивала верхнюю рубашку и затягивала пояс. – Подай мои чулки! Хильда, подложи дров! Одевайтесь и будьте готовы, похоже, придется вставать!

– Ты думаешь, это они? Они идут? Уже идут? – Бледные, растрепанные служанки окружили ее и в испуге заламывали руки.

– Я думаю, что да. Не бойтесь, но на всякий случай будьте готовы.

Альвин выбежала из девичьей и в гриднице и там увидела отца – он тоже был одет и на ходу застегивал кафтан, подбитый теплым волчьим мехом.

– Ты тоже услышала? – увидев дочь, он бодро кивнул ей, будто и не была глухая зимняя ночь. – Я сам сейчас посмотрю, если это действительно началось, тогда будем будить замок. 

– Но я прикажу развести везде огонь, – сказала Альвин.